— Нет-нет, я никакую тему не перевожу, — покачал Ермак головой. — Только это… В общем, если Кудеяр прижился у кормушки, то и я хочу также. Хочу служить вам, Ваше Царское Высочество! Я нутром чую, что вы трон займёте, а я уж как-нибудь рядышком приткнусь.
— А ты не охренел? — вырвалось у меня.
— Ну вот, это по-нашенскому, а то всё «вы» да «вы», словно я какая барышня кисейная, — расплылся в улыбке Ермак. — Так что, возьмёте на службу? А уж я не подведу!
— Так же, как Дворжецкого? — склонил я голову набок.
— Ну нет, Дворжецкий что? Он всего лишь мальчишка, за которого отцовы деньги всё решают. А вот вы персона помощнее будете. Чую, что на дела великие вы способны, а мне рядом с таким человеком вообще не зазорно будет встать. А то ведь… как вы сказали? Мелко мыслю? Могу на мелочи попасться? Вот и не хочу за мелочь пулю словить. Мне лучше за какое великое дело свою голову подставить!
— Врёте же, Ермак Тимофеевич?
— Вот зуб даю, Иван Васильевич! — щелкнул себя ногтем по зубу Токмак. — Я вашим личным телохранителем буду. А то чего это — другие себе набирают охрану, а у вас и порядочного защитника нет.
— Так я и сам вроде как могу, — я кивнул на парящий за спиной Токмака меч.
— Знаю, что можете, — чуть погрустнел Ермак. — Но тем не менее… Я если что могу от вас всяких непрошенных гостей отвадить, а заодно объяснить всему ночному миру Белоозера, что вас точно трогать не стоит.
— Эх, если бы вы просто ко мне днём пришли, да всё как на духу выложили, — вздохнул я. — Тогда, может быть, я бы и подумал.
— Не мог я, — покачал головой Ермак. — Ночные Ножи бы тогда не отпустили. Моё задание было Последним Приказом, чтобы выйти из их рядов. Иначе бы и не смог уйти.
Так вот почему он всё рассказал и сдал заказчика. Это было его последнее задание. Ладно хоть такое, без жертв. Мне приходилось слышать, как те, кто уходил из Ночных Ножей, должны были совершить Последний Приказ. И порой этот приказ был последним в полном смысле этого слова — уходящий попадался и его убивали.
— Но это всё слова. Как я могу вам поверить? — спросил я Ермака.
— Могу дать Клятву Боли! — поднял голос Ермак. — Вот прямо сейчас и дам!
Он резко развернулся и схватился за горящее лезвие меча рукой. От неожиданности Тычимба дернул оружие на Ермака. Однако, цепкие пальцы держали крепко и не дали лезвию продвинуться дальше и вонзиться в широкую грудь.
Правда, я услышал скрежет, как будто старый меч с трудом выходил из ножен, продираясь сквозь накипь ржавчины. И ведь Ермак ничуть не скривился от боли, хотя лезвие было достаточно острым. Да ещё и нагрето пламенем…
— Даю Клятву Боли, что никогда не предам царевича Ивана Васильевича Рюриковича! Всегда буду служить ему верой и правдой! Всегда буду рядом в трудную минуту и всегда буду защищать его до последней капли крови!
После этих пафосных речей он отпустил меч. Тычимба неуверенно покачнул им в воздухе, едва не выронив. Ермак же убрал руки в карманы, как будто там были кубики льда, чтобы утихомирить боль. Я смог разобрать еле слышный шелест. Короткий и быстрый. И он шел явно не от одежды.
— Снова ваши устройства? — спросил я.
— Они, родимые, — кивнул Ермак, после чего улыбнулся и показал ладони.
На мозолистой коже не было и следа от ожогов. Зато через мгновение выдвинулись тонкие узкие пластинки, которые удобно устроились на внутренней поверхности ладони. Они даже имели сочленения в местах сгиба пальцев. А заканчивались все острыми навершиями, которые темнели даже при фонарном свете.
— Яд?
— Парализующий, — пожал плечами Ермак. — Я же не убийца какой. Но на случай опасности имеется и не только парализующий. Не надо так смотреть — времена сейчас очень неспокойные.
— И сами всё придумали? — показал я на браслеты.
— Да, люблю механикой заниматься.
— Ну что же, думаю, что такие люди могут пригодиться. Вы приняты, Ермак Тимофеевич! Оплаты хорошей не обещаю, но вот приключений будет до самой макушки, а может и выше. По рукам?
— По рукам, Иван Васильевич! — протянул руку Токмак.
— А в бубен? — спросил я, показывая глазами на острия пластинок.
— Пардоньте, от счастья по мозгам шибануло, — нимало не смущаясь, ответил Ермак.
После убирания пластинок мы скрепили наш устный договор крепким мужским рукопожатием
Глава 4
Первыми на горизонте появились разведчики. Они двигались небольшими группами, скрываясь за бронетехникой, пуская в небо квадрокоптеры. Небольшие жужжащие устройства соревновались с птицами в скорости, выцеливая потенциальные мишени.