— Огонь! Поджигай! — рявкнул воевода в рацию.
Воины на блокпосте раскачали и швырнули бочки со смолой в самую гущу лезущих врагов. Следом выпорхнули новые огненные сферы. Вспыхнуло море пламени.
Монстры завыли в ответ.
Чёрные тени плескались в огне, их тела пузырились, поднялся чёрный дым, как от сгоревших покрышек.
— Бей их, ребятушки! Жги! Жги! — проорал воевода.
Один из монстров, словно слизистая капля, перетек через стену и упал перед группой людей.
Он растянулся, как горячая смола, его тело колебалось, принимая то форму гигантской гусеницы, то сплющенного паука с десятком дрожащих щупалец.
— Бей! — закричал один из постовых, вскидывая автомат.
Очередь прошила монстра насквозь. Но пули просто вылетели с другой стороны. Дыры стянулись воедино, как будто их и не было.
Чудовище как будто рассмеялось — раздался звук, похожий на скрип мокрой кожи.
— Оно… не боится пуль⁈ — крикнул один воин другому.
— Попробуем по-другому! — второй размахнулся топором и рубанул тварь пополам.
Тело разделилось, но вместо того, чтобы умереть, каждая половина тут же выросла в нового монстра. Теперь их было двое.
— Ё-моё…
Существа покачивались, будто дразня постовых, а потом резко рванули вперёд. Одно обвило ноги стрелка, словно гигантский питон, другое распласталось по второму, пытаясь задушить его раздавшейся плотью.
Воин воткнул в него нож — лезвие вошло, как в масло, но тварь даже не дрогнула.
— Оно не чувствует ударов!
Стрелок завизжал, когда щупальца начали обтекать его, затягивая внутрь.
— Вытащите меня! Оно проникает под доспехи!
Второй схватил его за руку и дернул изо всех сил, но монстр тянул сильнее.
— Огонь! — закричал воевода. — Они же горят, ребятушки!
Словно услышав его, воин вырвал факел из рук ближайшего стрельца и сунул прямо в харю твари.
Она зашипела, но не от боли — скорее, от раздражения. Воин рванул лезвием по щупальцу, и оттуда хлынула чёрная жижа. Монстр завизжал — на этот раз по-настоящему.
— Врубайтесь в них! Режьте! Они не выносят серебро!
Тут же воин рубанул ещё раз ножом, рассекая резиновое тело.
Тварь забилась, её края сворачивались, словно обожжённая плёнка.
— Доппельгангеры! Резиновые твари! — вспомнил я. — Могут принять любой облик, но на самом деле страшны, как моя жизнь. Побаиваются огня и терпеть не могут серебро!
Тем временем воин разрубил второго монстра, но теперь, вместо того чтобы размножиться, обе половинки зашипели и начали таять.
— Так… их можно убить! Ребята! Их можно убивать! — радостно прокричал воин, размахивая почерневшим от крови монстра клинком. — Бей этих тварей серебром, жги огнём праведным и тогда… Ахрр…
Подкравшийся монстр ударил в спину, оборвав победный клич на полуслове.
В этот момент новые волны монстров уже карабкались на стену.
— Надо помочь ребятам! — выкрикнул воевода. — Они же всех положат!
— Хабар! Ты не успеешь! — крикнул я в ответ, когда воевода схватил рацию. — Других ребят положишь почём зря, и этих не спасёшь!
Толпа монстров окружила блокпост со всех сторон. Коптер показал троих людей, которые ещё оставались на ногах, отбиваясь от накатывающих волн.
— Нас не спасти! Их слишком много! — раздался крик в рации. — Княжич! Вызываем огонь на себя! Повторяю — вызываем огонь на себя! Ребятушки, сожгите эту мерзость! Жгите их! Жгите!
— Ребята! — выкрикнул воевода в рацию. — Россия вас не забудет! Мы…
— Огонь! По блокпосту — огонь! — крикнул княжич.
Со всех сторон в воздух взвились огненные шары. Колдуны запустили огненный дождь, обрушившийся на черную лужу, покрывшую блокпост полностью. Ещё и ещё огненные шары падали вниз, туда, где вместе с монстрами полегли доблестные защитники. Из огненного ада не вышел никто.
По лицу княжича струились слёзы. Он был бледен, дрожал, но не отводил взгляда от пылающего блокпоста. Он словно старался запомнить смерть своих людей. Тех самых, кто доверился ему, и кто стоял за него до конца…
— Белый флаг! Со стороны татар идёт мужчина с белым флагом!
Белое полотнище реяло над клубами дыма, резким пятном на фоне кровавого заката. Человек, несший его, шел медленно, осторожно ступая среди обугленных тел и вязкой черной жижи, оставшейся от монстров.
Он был не похож на татарина.
Высокий, сутулый, в длинном, выгоревшем плаще, с лицом, скрытым глубоким капюшоном. Но самое странное — от него не исходило угрозы.
— Шаман… — прошептал воевода, сжимая рукоять пистолета.