Я понял, что перед нами показался Иван Иванович, рязанский князь в царской опале. Вот только как он телефон нашёл? И почему на заднем фоне не тюремная стена, а расписные ковры? Да и женщина прошла в свободной одежде…
— А чего против него выстаивать-то? — усмехнулся Иван Иванович. — Сдал всех нас московский царь на милость татарскую, теперича мы их данники! И чем больше будете противиться, тем жестче ответ прилетит. Сдайтесь, да поделитесь продуктами с победителями… Так вам легче встанет!
— Что-то странно вы, князь, своих людей на дело злое толкаете! — проговорил воевода Хабар, вставая со своего места. — Неужто мы сдадимся и позволим нашим малым детушкам смотреть, как грязные татары их мамок за груди белые щупают?
— Зато вы будете живы!
— А на кой чёрт нужна такая жизнь? — вздохнул воевода. — Чтобы плодить рабов безропотных и самим спины под татарскую плеть подставлять?
Раздались одобрительные возгласы. Молодое лицо на экране покраснело от гнева.
— Воевода Хабар, а ты чего это за всех говоришь? Может, у других иное мнение по этому поводу имеется? — повысил голос рязанский князь.
— Может и имеется, да только я говорю за большинство! Так ли я говорю, люди добрые? — воевода обернулся к присутствующим.
— Так! Всё так! Воевода прав! Разорят басурмане Рязань, да девок попортят! А мы не сдержимся и всё одно поляжем! Не будем пускать татар в Рязань! — раздались выкрики.
Князь рязанский стиснул кулаки, его глаза сверкали яростью. Даже на экране было видно, как проступила на виске синяя жилка.
— Значит, так решаем? — прошипел он. — Без моего слова? Без совета?
Воевода Хабар шагнул вперед, его мощная фигура выросла ещё больше.
— Решаем, княже. Не время нынче долгие речи держать. Татары уже у порога. А ты всё пустые слова мелешь, да о советах каких-то говоришь…
— Да ты забыл, кто здесь власть! — князь ударил кулаком по столу, и чаша с вином опрокинулась, обагрив скатерть темно-багровым пятном.
Толпа замерла. Даже самые горячие головы притихли, чувствуя, как воздух накалился до предела.
— А власть здесь… мы! — проговорил в ответ воевода. — Твоему брату младшему приходится это самое бремя нести, пока ты вон, винцо попиваешь! Мы здесь поляжем, а не ты, бывший князь рязанский!
— Что-о-о? Бунт? Да ты забылся, пёс брехливый, откуда я тебя вытащил? — жилка на княжеском виске забилась сильнее.
— Зато никогда не забуду — куда пытаешься запихнуть! — возразил воевода. — Не бывать Рязани под татарами!
Крики одобрения раздались в ответ. Я пока молчал — рязанцы должны сами для себя решить, что им делать дальше. Я мог сказать окончательную речь, но пока молчал. Если народ сам скажет своё слово, то он же потом с этим словом и отправится на бой. И это будет только его решение, только его воля!
— Предатель! — прошипел Иван Иванович. — Вы все предатели! Вы же мне присягали на верность!
— Да и ты Рязани на верность присягал! — неожиданно тонким голосом воскликнул Кирилл Иванович. — Обещал заботиться о люде и делать жизнь легче! А что теперь? Теперь предлагаешь лапки поднять и жопу вверх задрать? Не бывать такому, брат! Не мы, а ты предателем оказался!
— Да ты, пащёнок! — заорал Иван Иванович в экран телефона. — Неужели не понимаешь, что татары вас сомнут, сожрут и выплюнут? Против их орды даже Москва не выстояла!
— Москва не вся Россия! — проговорил Кирилл Иванович с достоинством. — Поэтому мы не сдадимся! Если и поляжем, то с достоинством и честью, чтобы потом не было стыдно перед потомками!
— Верно говоришь, княжич! — вскинул руку Малюта Скуратов. — Вот кому надо на верность присягать, а не всяким беглым каторжникам!
— Каторжникам? — оскалился Иван Иванович. — А хоть бы и каторжникам! Если бы вы знали — кто со мной баланду делил, то охренели бы напрочь! И…
— Хватит, брат! — оборвал его Кирилл Иванович твёрдым голосом. — Мы достаточно тебя послушали! Это наша жизнь и только нам решать, как её прожить. Рязань сказала своё твёрдое «нет» татарской орде. Мы будем биться до конца!
— Да вы все сдохнете! — крикнул Иван Иванович. — Мой сосед по камере сказал, что против нас не просто орда, а ещё и Бездна! И если ей не подчиниться, то все умрём. Царевич, тебе будет интересно узнать — кем был мой сосед по камере! А уже потом помоги вправить мозги моему младшему брату! Он был…
— Достаточно уже послушали, — Кирилл Иванович нажал кнопку завершения разговора и посмотрел на притихших людей в зале. — Ну что, мой брат сказал своё слово. Нет у нас больше Ивана Ивановича, князя рязанского. Вам, люди, решать, что делать дальше и кто встанет во главе обороны! Только вам решать — кому вы доверите судьбу! Я сказал своё слово!