Белым облаком над водой, которая пузырилась, булькала и была очень солёной. Служки носили травяные чаи и коктейли, кому-то ароматное вино. Приятная музыка услаждала слух, пока мои косточки разминали, натирали кожу маслами, скрабили, напитывали кремами, пока я растеклась по топчану, на котором меня массировали.
Рано утром горничная Ады соорудила из моих волос шедевр и подвела глаза чёрной сурьмой. Увидев себя в зеркале, я долго рассматривала эту девушку — ла, нет, даму — в чёрном бархатном платье. Хороша, до одури хороша. Тонкая талия, откровенный вырез, прикрытый ожерельем из граната.
— Ты словно чёрная патера... — восхитилась Ада. Она же выбрала красное, с длинным шлейфом, что подобало её статусу.
Не скрою, мы волновались, когда поднимались по ступеням королевского дворца. Необычайно красивый, величественный дворец с белыми колоннами и мраморными полами, статуи стояли на постаментах в полукруглых нишах, зеркальные стёкла отражали блеск общества, посетившего бал.