Вот так вот легко свинтил с темы Макса Вермутова. Не будь он Альфой, я бы спустил все на тормозах, а сейчас отчаянно хочется, взяв за загривок, отволочь в спортзал и выбить правду. Но съедаемый любопытством, все же воздержался от этого. Перевел взгляд на такого же опешившего Альфу.
– Ты что-нибудь понял, – спрашиваю его.
– Нет, Вить. Давай посмотрим, – и вставил флешку.
Сердце пропустило удар. Даже в маленьких квадратиках четко различил наших самочек. Сразу стало ясно, что в этих увесистых конвертах. Спасибо ему за это. Поэтому активно начали нажимать по видео. Наши девочки были счастливы и явно не боялись за свою безопасность. Может быть они скрываются у нас под носом, что так не переживают?
Чуть не подравшись за то видео, которое следует открыть следующим, ведь девочки снимали друг друга, Егор быстро отправил все себе на телефон и ушел домой. Я же забрал с собой специальный комп от Вермутовых, и тоже быстро ретировался. Плевать нам на все сейчас. Главное насмотреться. Только начал привыкать к ее отсутствию. Даже ночами мы уже не так часто встречаемся. И не в постели. Она где-то-то там, в туманной дымке, каждый раз ускользает, стоит протянуть руку. Нет ни слез, ни боли. Только прощание. И тут вот вам сюрприз.
Дома не очень долго не решался включать видео, вскрывать конверт с фото. Звонкий смех стоял на повторе. Милые беседы, а в руках одна за одной менялись фото. Уже давно стемнело, и я как дурак гипнотизирую их, пытаясь выбрать, какую же поставить в рамку. Все хочу. Вот вместо обоев на стены. Чтобы всегда рядом. Моя гордая красавица.
Но вот плоский животик пары ввел в тоску. Значит не хотела ребенка. Не потеряла голову настолько, как и я. А может быть отказ от метки затопил ее сознание и в нужный момент она оплакивала мой отказ, вместо мыслей о продолжении рода.
Или… Нет, ну не стали бы они. Снова потянулся к фоткам. Да нет, грудь не увеличилась. А может она просто уже покормила? Ведь по сроку она или вот-вот, или уже должна родить. Ну неееее, не верю. Не стали бы такой факт скрывать. От Вермутовых точно. Чего им их бояться. Больше ем уверен, даже не догадываются, что и мы получили послание. Луна, нет. проще поверить, что малыша нет. иначе сойду с ума. Пошлю все к чертям и будь, что будет.
Нет, нельзя. Я хочу долгую жизнь. Сына и дочку минимум. Поэтому просто думаем, что не получилось ничего.
Обидно, но переживем. Все успеется. Может оно и к лучшему. Не придется переживать о малыше, помимо его мамочки.
Утром устроил лично вопрос с пристрастием братцу. Завалился к нему без предупреждения. Он лежал в кровати весь в синяках. Ясно, бета. Разбудил, поддержал. Но как помочь не знал совершенно. Уж Вермутов-то точно понял, кто для него Сорозов младший. Приступы агрессии он не мог не заметить. И отец по любому поделился опытом. Значит все же предъявить нам есть что. Ладно раны, это нормально. Но вот отказ от своего беты – это слишком.
Со временем связь, не нашедшая должного контакта, начнет губить обоих, но в большей степени более слабое звено – значит моего брата. Смотреть, как его выворачивает не намерен.
– Вить, всегда так плохо? – видимо расстояние действует куда быстрее, чем я думал.
– Не знаю, малой. Не знаю. Мы с Егором сразу поняли, что к чему, когда успокоились. Началась притирка. Под боком. А тут. Мы справимся. Слышишь меня? Мы не оставим это просто так.
– Боль без пары схожа с этой? По любому схожа. Как ты это терпишь? Неужели оно того стоит? – впервые вижу в его глазах щенячью беспомощность.
Он никогда не плакал, никогда не ныл. Всегда держался молодцом. Кремень во всех отношениях вдруг так расклеился. Не могу на него смотреть в таком состоянии. Хочется лететь в стаю к Инейным и приволочь мелкого за шкирку. Будет этот сосунок семидесяти или восьмидесятилетний тут носом крутить.
Вот только не брат, ни Егор не разделили моего мнения. В итоге теперь смотрю, как мучается один из самых дорогих мне людей. Даже кулон, что мне дала Баяна, не помог ему. Наоборот, даже усугубил.
Еще и поиски отшельников ужасно затягивались.
Прошло три месяца, а мы так и не вышли на их след в нужной мере. Круг с узился до четырех человек. И то, мы понимали, что это лишь пешки. Кукловод где-то там, за кадром. Но кто он? Сегодня седьмое сентября. Небо заволокло свинцовыми тучами, дождь стоит стеной, словно солидарен с состоянием душ. Всего три часа дня, а такое чувство, словно уже скоро наступит ночь.
– Можно? – открыв дверь, прохожу к другу.