– Когда как. На два дня, на три, иногда даже на неделю.
Неожиданно он отпустил эту… – не знаю даже, как назвать это существо – женщину?.. Она осталась стоять, преданно, по-собачьи, глядя на него.
Мужчина быстро снял с себя рюкзачок, достал из него простенькие трусики и стал надевать на неё. Она послушно поднимала то одну ногу, то другую, держась за его плечо. Как маленькая девочка. Потом он надел на неё лифчик и платье. Она послушно поворачивалась, вытягивала руки. Было видно, что эта процедура ей привычна. Под конец обул в простенькие туфельки с матерчатым верхом.
– Пока она в собачьем образе, я всегда ношу с собой её одежду. Не вести же её потом голой по улице, – почему-то начал оправдываться он.
Удивительно, но злость прошла. Ей на смену пришла жалость к человеку, который вот уже четырнадцать лет живёт не то с женщиной, не то с собакой… Фу, как двусмысленно звучит!
– Каллисто превращается только в голден ретривера или каждый раз в другую собаку? И почему не в волка? В книгах пишут, что оборотень – это человек-волк.
– Это только в книгах. Оборотни – это люди, способные превращаться в животных. А в какое животное… Зависит от характера. Женщины чаще всего превращаются в собак. У одной характер пуделя, у другой – овчарки, а она голден – нежная, спокойная, привязанная. И вы видели – какая красивая!
– Ничего нельзя сделать?
– Не знаю. Специалистов по оборотням – люпинологов – всего несколько на весь мир. По счастью, мы вчера встречались с одним. Говорил – есть шансы. Кровь у неё брал. И завтра опять пойдём кровь сдавать, уже в человеческом виде – для сыворотки. Чем чёрт не шутит. Только он дерёт три шкуры.
То, что ради неё он готов будет на всё, не вызывало сомнений.
– Каллисто – это её настоящее имя?
– Её настоящее имя – Ксения. Но я придумал для неё более красивое имя – Каллисто. Эта древнегреческая нимфа была настолько красива, что в неё влюбился сам Зевс. В той легенде жена Зевса, Гера, превратила Каллисто в медведицу. Чтобы спасти Каллисто от гибели во время охоты на медведей Зевс превратил её в звёзды и поместил на небо. Созвездие Большой медведицы – это она.
На его лице появилась улыбка.
– Моя Каллисто заслуживает иной судьбы.
Он взял её за руку и повёл по направлению к выходу из лесопарка. Мы с Маркизом двинулись следом. История нимфы Каллисто почему-то подействовала на меня. Особенно та часть, в которой она попала на небо в виде созвездия. Я когда-то видела это созвездие, но не знала о его происхождении. Что-то в этой легенде показалось мне искусственным, неприятным, и я выдала:
– Но разве такой конец плох? Она стала бессмертной. А так – лет через десять постарела бы, и Зевс её бросил.
Он не ответил.
– Каллисто кого-нибудь кусала? – осторожно спросила я. Но он понял это по-своему.
– Не волнуйтесь! Домыслы, что каждый укушенный оборотнем также превращается в оборотня – чудовищное преувеличение. Во-первых, укус действует только на молодых. Во-вторых, даже из молодых далеко не каждый укушенный превратится…
Он стал рассказывать, что, как и на кого влияет, а я подумала, что было бы неплохо время от времени превращаться в собаку. Только не в добродушного голдена, а в какого-нибудь бульдога.
У выхода из лесопарка мы расстались. Каллисто кивнула мне на прощание и даже сказала: «До свидания». Наверное, уже вернулась в человеческий облик.
Всю дорогу я думала о Каллисто, об этом мужчине и о слепоте любви. Как можно любить оборотня? Любить и ждать тех дней, когда он вернётся в человеческий образ? И, глядя на собаку, видеть в ней всю ту же прекрасную рыжеволосую женщину с изумрудными глазами и пышной грудью …
Конец