— Рыжая, зачем ты на меня напала?! — волшебник поднялся на ноги, и в нем я признала Малфоя. Драко говорил с нескрываемой злостью.
— Я не знала, что это ты... а что ты вообще здесь делаешь? — перешла я в наступление.
— А ты?
Я не ответила и чисто из упрямства завалилась на кресло, которое зачем-то стояло в Выручай-комнате посреди всего этого хлама. Драко с неким презрением посмотрел на меня и ушел.
Ох, не нравится мне все это.
* * *
— Рыжая, почему ты так и не пришла в Хогсмид?! — налетела Дафна, застав меня в гостиной.
— Я выпила зелье, найденное в Выручай-комнате, и поняла, что я самый счастливый человек и больше ничего не хочу. Даже в Хогсмид.
— Ты невыносимый человек. А теперь говори правду, я и без легилеменции вижу, что ты лжешь.
И кто из нас ещё невыносимый человек?
Я сердито посмотрела на подругу, подыскивая ответ, но та вдруг махнула рукой:
— А, ладно, Мерлин с тобой. У каждого есть вещи, о которых не хочется говорить.
И развернулась в сторону своей спальни.
— Гринграсс, немедленно стоять! Сейчас же вернись и объясни, что имела в виду! — крикнула я ей вдогонку, но без толку.
Ко мне тем временем подошел Тео и тронул за плечо:
— Ты уже слышала о том, что произошло в Хогсмиде?
— Нет. Как обычно, я узнаю обо всем в школе самой последней, — пробурчала я, переставая кричать и возвращаясь к своему плохому настроению.
— Кэти Белл, семикурсницу из Гриффиндора, прокляли.
Тео кратко рассказал мне о странном нападении, совершенном на Кэти. Да, нападении — в этом никто и не сомневался. Декан объяснил, что если бы Кэти взяла проклятый артефакт голыми руками, её бы ждала немедленная смерть. Но кому потребовалось убивать беззащитную ученицу, которая за пределами квиддичного поля и мухи не обидит?
* * *
Весть о нападении на Кэти разнеслась по школе, хотя подробностей никто не знал. Но в понедельник Хогвартс ждала ещё одна новость, и покушение на гриффиндорку отошло на второй план: экзамены первого полугодья будут проводиться раньше, чем обычно — в середине декабря, чтобы лучшие ученики, решившие поехать в одну из Академий, провели там Рождество и освоились.
С Дафной я уже мысленно попрощалась, так как сдать все предметы не на «Превосходно», при тех восьми часах, которые она каждый день уделяла занятиям, попросту невозможно.
— Я буду писать тебе каждую неделю, — пообещала мне Дафна и похлопала по плечу.
— Каждые три дня, — упрямо протянула я. — Астория тоже поедет?
— Хочет поехать, — поправила Гринграсс. — Не уверена, что она пройдет по оценкам.
Профессора были довольны. Вокруг специальных академий поднялся такой ажиотаж, все настолько хотели проучиться в этих элитных школах, что нынешний год оказался самым успешным по оценкам среди пятого курса и старше. Но лично я, ещё не определившись с профессией, свободное время тратила на квиддич, как и Тео. Я слышала, что он хотел стать аврором, но на вопрос, почему он не так много занимается учебой, чтобы поступить в соответствующую академию, только усмехнулся. Ну, мне даже от этого лучше: представить себя в Хогвартсе в полном одиночестве, без Дафны и Тео, было для меня непосильно. Я впервые подумала о том, каково мне будет на седьмом году обучения, когда мои друзья уже отучатся: ни с кем не сдружившись из учеников со своего курса, мне грозит остаться в школе в полном одиночестве.
* * *
Без POV
Холодным декабрьским вечером профессора собрались на педсовете. Директор склонился над стопками пергамента: они были исписаны именами лучших учеников в школе. Столько претендентов — а пройдут всего лишь восемь.
— Со своего факультета в Академию целительства предлагаю Ханну Аббот, с шестого курса, — произнесла профессор Стебль. — Она получила за семестровые экзамены «Превосходно» по чарам, травологии, уходу за магическими существами и зельям. Но также хочу отметить, что ни один ученик с моего факультета не обратился с просьбой отправиться в академию авроров. А те, кто получил наивысшие оценки, претендовать на это место отказались.
— В этом тоже есть плюс, профессор Стебль, — оптимистично заметил Дамблдор. — Значит, ни один из хаффлпафцев не склонен обучаться насилию, пусть даже направленному против зла.
— Давайте над склонностями хаффлпафцев вы порассуждаете позже, господин директор, — раздраженно сказал Снейп. — Среди учеников Слизерина слишком много претендентов, и нам ещё нужно решить до утра, кого именно мы посылаем в Академии.
— У слизеринцев претендентов не больше, чем у гриффиндорцев, Северус, — немедленно откликнулась МакГонагалл. — Если не меньше...