Напиши мне поскорее,
Рыжая.
* * *
Без POV
Уже прошло несколько недель с тех пор, как последние ученики вернулись с Рождественских каникул в Хогвартс. Все были такими же, как обычно. Все, кроме Астории Гринграсс.
Астория вернулась с каникул непривычно притихшей и отстраненной. Она стала напоминать другим Тори-первокурсницу — полную противоположность той Тори, какой она стала после, яркой и веселой. Причины такой резкой перемены не понимал никто, были только догадки: родители многих слизеринцев вступили в ряды Пожирателей смерти, поэтому некоторые полагали, что именно это могло стать поводом для такой измены в Астории.
— Дай им руку, Тори. — Мягко, но непреклонно звучит голос мамы, несмотря на то, что пару минут назад она плакала навзрыд.
Отец кладет руку мне на плечо, и я повинуюсь, как безвольная игрушка. Беллатриса страшно улыбается, другие волшебники с затаенным предвкушением следят за начинающимся ритуалом. Я хочу убежать, но мои ноги подкашиваются, и я бессильно падаю на колени как раз перед Темным лордом. Через пару секунд я чувствую прикосновение холодного древка палочки к моей руке, и потом — жжение. Весь обряд я не смею поднять взгляд, и вскоре просто закрываю глаза. Сил хватает только на то, чтобы мысленно проклинать Дафну: если бы она не уехала, я бы здесь не стояла.
Вскоре Астория поняла, что какие бы секреты не было сложно хранить, тяжелее всего сберечь тайну под левым рукавом.
В первый выходной февраля Астория сослалась на головную боль и не пошла в Хогсмид. Она в одиночестве сидела у озера, когда к ней подошел Драко.
— Ну, как жизнь, Астория? — с затаенной злобой сказал он, подойдя к слизеринке вплотную. — Как живется... с клеймом?
Тори сидела спиной к Драко, и потому он не смог насладиться тем, как она побледнела.
— Откуда ты знаешь? — пытаясь сохранить спокойствие, пролепетала Астория, не оборачиваясь.
Драко явно был доволен произведенным на младшую Гринграсс эффектом. Злость, которая у него с конца июня начала копиться на Асторию, наконец, вылилась в месть.
— Нам необходимо расстаться.
Когда она, Мерлин побери, успела узнать? Весть об аресте отца пришла только утром, а уже вечером Гринграсс ему это выдает. Конечно, не исключено, что ей об этом написали родители и повелели дочери, больше не общаться с сыном Пожирателя и без пяти минут его преемником. Хотя какая, в сущности, уже разница? Я ведь всегда знал, что она такая же стерва, как и все слизеринки.
— Ладно, можешь идти, — равнодушно откликнулся Драко. Астория явно ожидала более бурной реакции: она ещё пару секунд постояла, осмысливая его слова, а потом с некоторым облегчением и радостью на лице ушла прочь.
Драко отвлекся от воспоминаний.
— Тетя Беллатриса рассказала. В красках, — ухмыляясь, ответил Малфой. Какое наслаждение ему доставляло мучить Асторию своими словами!
Младшая Гринграсс встала на ноги, повернулась к Драко и дрожащими руками достала палочку.
— Убирайся отсюда. Я не хочу тебя слушать, — угрожающе сказала Астория, наставляя палочку на Малфоя.
Тот снова ухмыльнулся, слегка дернул плечами и ушел. Астория дождалась, пока он скроется в вестибюле школы и упала на землю, зарыдав.
* * *
POV Рыжей
В Хогсмиде в этот выходной я провела совсем немного времени. Ходить туда одной и в половину не было так интересно, как если бы я пошла со своими друзьями. В одиночестве выпив стакан сливочного пива, я решила, что в волшебной деревне делать больше нечего, и отправилась в Хогвартс.
Погода стояла морозная, но небо было чистым и солнце ярко светило — уходить в холодные тусклые подземелья совсем не хотелось. Я спиной прислонилась к оледеневшей коре дерева и зажмурилась, вдыхая приятный морозный запах.
Вскоре мне показалось, что я слышу чьи-то приглушенные всхлипывания. Я напрягла слух и заметила, что кто-то плачет в стороне озера, где я очень любила отдыхать вместе Дафной. Ведомая любопытством, я поторопилась к озеру. Там, упав на холодную землю, плакала Астория Гринграсс.
Я слегка опешила, увидев это, но вместо того, чтобы потихоньку уйти, притворившись, что ничего не видела, я (Мерлин бы побрал мою гриффиндорскую позицию спаси-и-помоги!) приблизилась к Тори.
— Астория? — осторожно потрогала я однокурсницу за плечо. Гринграсс медленно перевернулась, продолжая всхлипывать, и попыталась что-то сказать, но снова заплакала — громко, навзрыд.