— Я понимаю, но... отказываться от квиддича? Ты точно в своем уме? — вытаращив глаза, спросила я, будучи потрясенной.
— Я, на самом деле, хотела отказаться ещё и от занятий легилеменцией, но Снейп настоял, чтобы я продолжила ходить к нему вместе с Тори. Сказал, что я постигла только самые азы, — вздохнула Дафна.
— Без такого вратаря, как ты, нашу команду разорвут в клочья. Из Малфоя никудышный ловец, а Монтегю закончил школу в этом году, я сомневаюсь, что подберут кого-то лучше него. Ты точно пройдешь в эту свою академию по оценкам, но помоги нашей команде хотя бы в этом семестре.
* * *
Мне все же удалось уговорить Дафну поучаствовать в отборе — естественно, они прошла. Тео играл блестяще и прошел загонщиком — вместе с Забини, который оказался игроком получше, чем Гойл. Охотниками стали я, Крэйг Флинт, младший брат Маркуса Флинта, и, к моему большому неудовольствию — Уоррингтон, который в прошлом году был членом Инспекционной Дружины. Драко, конечно же, остался на позиции ловца, хотя снитч он поймал один-единственный раз за три года игры в команде.
Дня текли, я усердно занималась, уже пребывая в легкой панике от СОВ. Тревоги Дафны развеялись: с тех пор, как Снейп стал учителем Защиты, она получала «Превосходно» почти каждый его урок. Впрочем, как и я. Впрочем, как и все слизеринцы.
С травологией ей пришлось немного попотеть, Дафна записалась на дополнительные занятия у Стебль, но вполне успевала совмещать их с тренировками по квиддичу и еженедельными занятиями легилеменцией.
Этой ночью я допоздна занималась трансфигурацией и не заметила, как задремала в кресле, уткнувшись носом в книгу. Проснулась я около трех часов ночи от стука двери в гостиную: она уже была пуста, за исключением стоявших у порога трех человек.
Крэбб и Гойл, тихо переговариваясь, что само по себе уже могло насторожить, выглядели какими-то непривычно смущенными. Вместе с ними стоял и Драко, который был очень бледен и измучен. В последнее время я редко видела его, за исключением пары столкновений в замке и тренировок по квиддичу.
— Что вы тут делаете в такое время? — потирая глаза и вставая с кресла, спросила я у них.
— Не твое дело, — буркнул Малфой, кинув на меня быстрый взгляд.
— Совет как староста к старосте: если решишь, так скажем, «патрулировать» коридоры в три часа ночи, не бери с собой этих громил. Удивлена, как они одним только своим топотом не перебудили ползамка, — съязвила я.
— А что тут делаешь ты, Уизли? Полируешь свой значок старосты? — ехидностью на ехидность ответил Драко. Только получилось это у него как-то вяло.
Мои глаза загорелись, и кажется, доля гриффиндорской крови закипела у меня в жилах. Я открепила значок с буквой «С», швырнула на пол и с яростью произнесла:
— Инсендио!
Пламя вспыхнуло и тут же погасло, поглотив значок. Наверное, Малфой был чуть поражен таким ходом событий, и не нашел ничего лучше, чем пробормотать:
— Ты меня не видела, я тебя. Крэбб, Гойл, за мной!
Они ушли в спальню, и тут я пожалела о том, что натворила. Как теперь объясниться со Снейпом насчет пропажи значка? Ох, выговорила бы я ему всё насчет того, что думаю о моем назначении на роль старосты, но как-то страшно. Может, попросить передать ему это через Тео?..
«Интересно, а что все-таки в такое время делали Малфой вместе с Крэббом и Гойлом?» — подумала я, поднимаясь в свою спальню и засыпая на секунду раньше до того, как моя голова коснулась подушки.
* * *
POV Дафны.
Вот уже два месяца прошло, как в этом учебном году мы с Асторией занимались легилеменцией, а дело не сдвинулось с начальной точки. Мы многому научились за те полгода, но сейчас ничего не меняется. Как будто всему тому, чему нужно было научиться, мы научились, но все равно продолжали ходить к Снейпу, и он говорил, что нам это важно.
И именно сегодня тот день, когда мы с Тори решили спросить у учителя, о чем говорила тогда с родителями Беллатриса Лестрейндж. Он должен был знать...
«Дафна, Тори, сегодня не стало бабушки Эспассии...»
Такого содержания было письмо, пришедшее в обед. Черствые, сухие строки, в которых описана внезапная смерть бабушки и маловажные подробности подобно тем, что выходные мы с Асторией проведем в Лондоне, чтобы пойти на похороны.
Бабушка... я сморгнула пелену слез, выступившую на глазах. Бабушка говорила мне никогда не плакать. Хотя какая уже сейчас разница?
Через несколько часов, когда первый шок и тоска чуть ушли, я сказала Тори:
— Она ведь была полностью здорова, бабушка. Мне кажется, что... её убили.