– Посплю?!..– выдохнула я и ощутила, как возмущение растворяется в белом тумане.
Я лишь увидела, как к моему лицу потянулась рука Пола, и больше ничего не помню. Может, и нужно было просто поспать?..
* * *
Сознание вернулось так же неожиданно, как и исчезло. Приоткрыв один глаз, увидела себя на той же кушетке, свет приглушен, а рядом сидит Пол, внимательно рассматривает меня и ласково улыбается.
– Руки занемели,– хрипло проговорила я и попробовала сжать пальцы в кулаки.
– Так действует релаксант,– тихо ответил Пол и, взяв меня за одну руку, стал нежно массировать, потом – вторую.
Его пальцы были такими теплыми, сухими, крепкими… Я смотрела на его руки и млела от этих легких движений. Так захотелось, чтобы он меня обнял… вдохнуть его запах… ощутить вкус его губ…
– Что ты со мной сделал?– превозмогая неуместные желания, спросила я.
– Еще пару минут приходи в себя, и можно встать.
Я неуверенно поерзала на кушетке и отклеилась от спинки.
– Можно уже?
Пол поднялся. В его взгляде было столько нежности и загадки, что я невольно залюбовалась им, и он не отводил глаз. На долю секунды я забыла о пустоте внутри… Но вдруг послышался нетерпеливый голос Ружены со стороны входа:
– Вот ты где, Саша! Почему на коммуникатор не отвечаешь?
– Я его отключил,– сообщил Пол, и вся нежность испарилась.
А я, заметив, как она покосилась на наши руки, сразу отняла их и решительно попыталась встать с кушетки. Но чуть не упала от слабости в ногах. Пол сразу же подхватил за талию и удержал на месте. Я признательно улыбнулась и отстранилась.
– Ну-ка, ну-ка, ты смотри, какая ювелирная работа!– подошла Ружена и, прищурившись, наклонилась к моему лицу.
Недоумевая, почему она так смотрит на меня, я настороженно отошла к зеркалу и обомлела.
На носу на месте горбинки белела тонкая гелевая пленка, но сам он стал идеально ровный. От удивления я приоткрыла рот и оглянулась.
– Я уже и не помню, каким он был! Пол, как это возможно? В медцентрах Кана и Тазира его не смогли исправить…
– Технологии «Моби»,– довольный моей реакцией, проговорил Пол.
– И когда можно убрать пленку?– водя пальцами вблизи носа, но не касаясь его, спросила я.
– У тебя по-прежнему высокая регенерация, поэтому она быстро рассосется.
– Ух ты!– выдохнула я и, накрыв щеки ладонями, улыбнулась.
– Еще немного, твои волосы отрастут и совсем глаз не отвести,– мягко сказал Пол.
Ружена сухо кашлянула и махнула ладонью.
– Эй, налюбуешься через два фазиса. Поступил срочный запрос на связь с тобой. Между прочим, от научного совета. И еще пара личных сообщений…
– От научного совета?– взволнованно оглянулся Пол.
Я посерьезнела. По времени это могло быть только одно: торги начались. Но что хомони нужно от меня, не представляла.
Руки похолодели. Вздох получился рваным, едва я представила, что снова войду в дом с чудовищами.
«Я не могу вернуться так скоро!»
Опустив голову, я сняла салфетку с себя и тихо проговорила:
– Я отвечу в каюте…
– На обед не опаздывать, а то ты совсем перестала есть. Смотри, какие круги под глазами,– проворчала Ружена, когда я проходила мимо, а Пол ободряюще подмигнул мне.
* * *
Посматривая на себя в зеркало, я включила интерактивный стол и нашла три входящих сообщения, поступивших через общую систему связи «Моби». Два обычные, и один запрос на видеосвязь.
Настороженно открыла первое. Пробежалась по тексту два раза. И, как только до меня дошел смысл написанного, внутренности омыло горячей волной. Я откинулась на спинку кресла и снова взглянула на себя в зеркало.
«Мои торги не состоялись! Значит, нет причин для моего отзыва?..»
Но первая восторженность быстро схлынула. Зачем научный совет запрашивал видеосвязь со мной?
Второе сообщение было от Тадеско Дворжака. Конечно, оно было зашифровано, но стоило мне переключиться на скрытый канал связи, и тот вышел в чат.
Не ожидала, что так соскучусь по нему, хотя, скорее, скучала по нашим общим делам. Мы поговорили о моем устройстве на «Моби» (Джон и Сара волновались), я поделилась немногим, и о том, что мне исправили нос. Однако Тадеско вряд ли помнил меня, мы не виделись с восемнадцати лет и только переписывались.
«Как там моя сестрица?»– поинтересовался он.
«Всех строит,– поморщилась я.– Почему не сообщил, что она будет в команде?»
«Мы никогда не говорили о семьях. Ты много рассказывала о своей? Ружена не знает, чем я занимаюсь. Она слишком импульсивная: не может держать язык за зубами, да и не соврет как надо. Не попадайся ей под руку…»