– Почему? – состроил умильную моську Саня.
– Наташа слишком правильная. А еще она серьезная и…
– И любимая…, – поддел меня Сашка. – Да-да, мы уже поняли, что ты втюрился по полной. Не терпится посмотреть на вашу семейную жизнь.
– Да идите вы! – отмахнулся от них и сбежал вниз по ступеням. Лифта дожидаться не стал, во избежание ненужных разговоров.
Уже на улице решив, что будем делать дальше с Топеневым, мы разъехались по делам. Я поехал забирать свою маленькую принцессу.
Глава 12
***
Когда я прибыл на место, то сразу же позвонил Олеське и предупредил, что буду ждать ее возле входа. Счастливая дочурка гигикнула в трубку, пообещав, что не станет долго задерживаться. От ее вопля на душе посветлело, а холодные серые струны окрасились в приятно-нежный оттенок.
Пока ждал ее, решил немного проветриться. Вышел из машины, размял с хрустом кости. Зря сделал. Лучше бы сидел себе тихо и не отсвечивал своим высоким профилем на проходящих мимо мамочек, которые в данный момент забирали детишек из школы.
– Ой, Ярослав Олегович, вот так встреча!
Действительно, так встреча! Не самая приятная для меня встреча. Впрочем, раньше я бы возможно и был рад ни к чему не обязывающему флирту, а теперь… Теперь мне было с кем флиртовать, кого целовать, кого прижимать к себе. Вспомнил про сегодняшние мимолетные поцелуи, которые дарил Наташе. К горлу тут же подкатил напряженный ком возбуждения, а тело вновь открыто отреагировало на мою учительницу.
Женщина, кажется, ее звали Полина, кокетливо убрала короткий светлый локон за ухо, придвинулась на пару шагов ближе ко мне.
– А вы Олесю ждете? – промурлыкала эта особа, стискивая маленькую сумочку под мышкой.
– Ее, – посмотрел на свое запястье, потом вспомнил, что часы оставил на тумбочке возле кровати Олеси. Под утро, вернувшись, домой к родителям, первым делом загляну в комнату к дочери. Не удержался и долго сидел возле нее, пока сон окончательно не сморил меня. Кровать Олеськи хоть и была детская, но я каким-то образом уместился на ней, снял часы, обнял дочку и моментально уснул, не заботясь, что дорогой костюм помнется.
В последнее время столько работы навалилось, да к тому же еще и Славка подкинул своих дел, что толком с дочерью не было времени пообщаться. Я мог, конечно, вместо тех часов, что провожу с Наташей полностью посвящать Олесе, но эти две женщины, одна пока что совсем маленькая и беззащитная, а другая вполне себе взрослая и тоже беззащитная, разрывали меня на части.
Видя, что Полина не собирается уходить, мнется и видимо готовит великую думу в голове, я нагло решил облегчил ей задачу:
– Вы что-то хотели?
– Да у меня машина, – мямлит она, – сломалась. Не могли бы вы подвезти меня с дочерью до Мертунок? Это кажется в одну сторону с вами.
Машина, значит, сломалась… Женщины новые, флирт все тот же. Ничего не меняется.
– Давайте я посмотрю вашу машину, – расстегиваю золотые запонки и закатываю рукава рубашки. – Где она?
Кажется, у нее был серебристый дэу матиз тот самый, который однажды врезался в задницу моей машины. Отсюда я запомнил и саму Полину, ее дочь, и ничем не примечательный маленький автомобиль.
– Так ее здесь нет, – отвела глаза она.
– Эвакуатор забрал? – понимаю, что изначально это был фарс с машиной, но я до жути не выношу, когда вот так нагло врут, глядя в глаза.
Упаковываю свои жилистые руки на груди, прожигая недобрым взглядом женщину. Я – молчу. Она – молчит, не знает что ответить. А я знаю, и могу ведь так сказать, что любое желание мигом отпадет. Но не говорю по двум причинам: не хочу хамить и навстречу бежит дочка.
– Папа! – подлетает ко мне Леська, кидается на шею. Подхватываю дочь, целую ее прямой носик.
Дочка довольная, виснет на мне, обнимает за шею, целует в подбородок.
– Ну что, поехали? – подкидываю солнышко вверх.
– Поехали! – получаю еще один поцелуй, но уже в щеку.
– Подождите, а как же мы?
Ах, да. А я уже и забыл! Перевожу рассеянный взгляд на Полину, потом на ее дочь. И вот если бы не скромный потупившийся ребенок, не подвез бы ни хрена.
– Садитесь в машину.
Об этом «садитесь в машину», я потом пожалел раз сто. Отвязная и наглая мамочка всю дорогу до Мертанок пыталась залезть своей рукой ко мне в штаны. Ладно, сейчас не советский союз, где якобы не было секса. Хотя он был, но о нем не говорили так рьяно и не демонстрировали на каждом шагу. Но то, что творила эта женщина… Она не поняла ни с первого раза, когда я грубо убрал ее ладонь с моих штанов, ни со второго, когда я вроде бы совершил резкий поворот, и на меня легло женское тело, пытаясь поцеловать. Ни с третьего раз. Поэтому по возможности я гнал очень быстро и, доехав до места, выскочил из машины, открыл пассажиркам дверь и очень любезно попросил: