Не знаю, мне казалось, что после этого он меня точно поцелует, но Ярослав немного удивил и в какой-то степени расстроил, а потом, наверное, я влюбилась, вот прям по-настоящему. Впервые за все время именно влюбилась. За всю жизнь.
Я не могла свои эмоции передать словами. Я не могла что-либо сделать, пошевелится или сказать. Я просто наблюдала за мужчиной: как он подхватил меня на руки, как отнес к дивану, как усадил бережно на мягкую бархатную обивку, как сам уселся рядом, зарываясь носом в мои волосы и одной рукой по-прежнему обнимая за талию, а второй обхватывая шею.
Какое-то время мы так сидели. Я была напряжена и удивлена, а потом вдруг решилась и прижалась к нему, положила голову на твердую мерно вздымающуюся грудь, упираясь макушкой в упрямый подбородок.
Горячая мужская рука, что тепло обхватывала шею, немного сместилась, длинные пальцы стали поглаживать мои губы. От потопляемой мое тело ласки, я решилась на кое-что, что никогда бы не сделала раньше. Возможно, этому было несколько причин, но больше всего окрыленное чувство этой самой первой влюбленности. Именно влюбленности, что не испытывала раньше по отношению к другому человеку и испытывала сейчас к мужчине, который сидел рядом, был сильным, мужественным, самым лучшим.
От этих всех нахлынувших эмоций я глубоко вздохнула, закрыла глаза, расслабившись в его руках, приоткрыла губы и, поймав момент, когда очередная порция ласки накрывала меня с головой, прикусила чей-то шаловливый палец, что творил безумие.
– Я буду очень нежным, – неожиданная фраза с очень хриплыми нотками, перевернула все у меня внутри.
От его голоса и обещания, я сжала ноги. Не от страха, а от возбуждения, прокатившегося по моему телу. Мне надо было унять дрожь, но пальцы на спине, которые уже давно пробрались под рубашку и рука, что двигалась медленно выше к застежке бюстгальтера, способствовали только ещё большему огню и пожару.
– Я тебе верю, – прошептала ему куда-то в шею и подняла голову, чтобы заглянуть в его глаза.
Ярослав не стал долго медлить, а я не стала возмущаться и просто подалась его порыву, его ласковым действиям. Он оторвался немного и посадил к себе на колени, оберегая нежно руками мою талию. А в следующую секунду я сжалась, когда меня медленно подвинули впритык к мужскому напряженному телу. Я сидела так плотно, что отчётливо ощущалась пульсация между моих ног, и эта пульсация принадлежала вовсе не моему женскому организму. У меня же сейчас внутри горел огонь, ладошки вспотели, а горло пересохло, сдавливаемое предвкушающим спазмом.
– Ты только не убегай от меня, Наташа.
Как тут от такого убежишь? От красивых и соблазняющих мышц, что следуют за своим хозяином, повторяя каждое движение, и лишь белая повязка омрачает уединение, напоминая, сколько всего мы прошли.
Глава 28
***
Ярослав
Наташа думала, что это я подговорил всех. Ее немой вопрос, застывший в глазах, отражал суть множества эмоций, которых она испытывала на данный момент. Она бы, наверное, удивилась, узнав, что я тут совершенно ни при чем. Все дело было в понимающих друзьях и не менее понимающих подругах.
Возможно, я бы тоже утянул за собой Наташу, покинул это творение именуемое маленьким домашним клубом, где мы иногда собирались с друзьями, но в последний момент передумал.
Мной сейчас двигало огромное желание и пережитость сегодняшнего дня. Усталость, что охватила сначала расслабляющего вечера, превратилась в какое-то остервенелое ожидание. Я успел выпить две чашки крепкого кофе, чтобы хоть как-то прийти в норму. Внешне старался выглядеть бодрым, полным сил и ни хрена не переживающим, хотя нутро мое все еще продолжало клокотать от злости и съедало желчью воспоминаний об Алине и о тех уебищ. И только трезвое осознание того, что все закончилось, что Леся рядом, спит, зарывшись в одеяло, успокаивало душу.
Я несколько раз спускался вниз проверить, все ли с дочкой нормально. Она за недолгое время так и не шелохнулась в кровати, продолжая спать на боку, подложив под щёчку свою маленькую ручку. Мое относительное спокойствие разбавлялось ещё и тем, что дом был полон людей, здоровых и невредимых. Друзей, поддерживающих меня, беспокоящейся Наташи, ее деда и его друга. Иными словами дополнительное подкрепление, которое прибыло вовремя на место бойни, именно тогда, когда мы закончили.