- Команда! Мы преследуем огромное вражеское судно, с которого сбрасывают мины, чтобы перекрыть нашему флоту дорогу домой. Носовой торпедный аппарат не сработал, и... и я приняла решение идти на таран! - выпалила лиса, едва не срываясь на скулёж, - Вы должны понимать, что у нас нет выбора.
- Да мы понимаем, капитан, - спокойно отозвался Гырба.
Подлодка продолжала идти вперёд полным ходом, разогнавшись уже чуть не до максималки, и чёрная туша вражеского судна начинала надвигаться всё быстрее, закрывая весь обзор в перископе. Кажется, даже уже различались фонтаны воды от сброшеных мин. Кселиса всей лисой ощущала, как утекают последние секунды, отделяющие лодку от взрыва, и вцепилась лапами в стойку перископа.
- Для меня было большой честью служить с вами, лисярыня, - сказал Тред, сунувшись в дверь главного поста.
- Да иди ты, - улыбнулась лиса сквозь невольно выступившие слёзы.
Она была готова выть от ужаса и звать на помощь, а сама, утирая глаза, смотрела в оптику и подправляла курс, так чтобы он упирался точно в цель. Ей как наяву вспомнилось, что она обещала вернуться, и лису передёрнуло.
- Простите, - прошептала она, и перевела регулятор хода на форсаж.
В то время, как команда "Плюхановца" уже полностью осознала мысль, что жизнь подошла к логическому завершению, по лодке прокатился характерный звук вырывающегося за борт воздуха. Спустя секунду Триня гаркнул
- Торпеда вышла!!
Подумав много непечатных слов, Кселиса моментально перекинула рычаг управления в крайнее положение, и втопила кнопку управления двигателем. Теперь лодку начал поворачивать не только руль, но и разница тяги с двух бортов, что значительно быстрее. Подводный корабль отчётливо заскрипел от таких фортелей и накренился, но это куда лучше, чем работать тараном. Прикинув траекторию движения, лиса вернула руль обратно и отключила разность тяги - быстрее будет уйти по прямой, чем разворачиваться.
- Всем держаться!! - тявкнула Кселиса, не забывая самой схватиться за надёжные железки.
Лодку поддало упругой ударной волной от взрыва торпеды, так что в голове слегка загудело, а пол на секунду вылетел из-под ног. Это ещё только самые цветочки, подумала лиса, призажмуриваясь. С каждой секундой "баклан" удалялся от цели, а взрыва так и не последовало.
- Есть? - осторожно поинтересовался Гудель.
Хлопнув себя по морде, лиса повернула перископ назад и увидела, что ещё как есть. На здоровенном пароходе вспыхнула иллюминация, и в этом свете отчётливо различался столб дыма, валящий с дальнего борта. "Хольцгельм Мигустов" - прочитала Кселиса на носу судна, кое-как разбирая гурпанские каракули. Даже с приличного расстояния было видно, как по палубам мечется толпа зверей, испытывающих, сухо говоря, некоторую озабоченность в связи с ситуацией. Поводы для этого у них были - гражданский пароход это не боевой корабль, и даже одна торпеда разворотила его корпус достаточно, чтобы пустить на дно в кратчайшие сроки. Кроме того, тяжёлый груз мин, наваленых на палубы, заставил судно быстро заваливаться на борт. Всё это лиса отметила в течении пяти секунд, потом она дёрнула рычаги, опуская перископ.
- Цель уничтожена, теперь - максимальная тяга, товарищи.
Оставалось надеяться, что минботам из эскорта будет не до погони за лодкой, скорее, они всё же постараются снять как можно больше пассажиров с тонущего судна. "Баклан" лопатил вперёд самым полным ходом в течении десяти минут, пока наконец не стало ясно, что преследования не будет. Снова подняв перископ, Кселиса едва различила силуэт корабля, но торчащий вверх нос явно указывал на то, что бульбулевский не за горами.
- Фуууф твоюж за хвост... - отвалилась в кресло лисица, - Зиса, радиограмму на флот! Машина, двигатели в маршевый режим. Как у нас там?
- Всё в пушнину, - отозвался Лыба, - Машина в порядке.
- Были косяки с заплаткой, когда был удар, - сообщил хорь, - Теперь затянуло.
- Угу. - Кселиса хихикнула, - Ну что, хорёчий хвост, берёшь свои слова обратно, раз так вышло?
- Не, - усмехнулся Тред, - Могу даже повторить.
Кселиса, ещё раз окинув мыслью все опции, закрыла глаза и слегка расслабилась, потому как всё что можно, было уже сделано. За хвостом лодки погружался в тёмные волны здоровенный лайнер, с которого на мотыляющиеся рядом минботы валил поток спасающихся. К удаче для всех сразу, мины находились на палубе значительно выше ватерлинии, поэтому взрыв торпеды не вызвал детонации всего запаса. "Мигустову" это однако не помогло, и спустя всего двадцать минут корабль исчез с поверхности моря, утаскивая за собой несколько тысяч жизней.
-------------------
Хитрый план, который по большей части заключался в отсутствии плана, полностью сработал. В Тадском проливе развернулось натуральное морское сражение, хотя это и не было особо заметно. Взрывы торпед и глубинных бомб мутили воду от самого севера и до южного берега, в воздухе то и дело происходили стычки между советской и гурпанской авиацией, и вниз летели россыпи стреляных гильз и обломки самолётов. Командование Лабтийским флотом действовало по принципу "буду бить аккуратно, но сильно", не вваливая в потасовку сразу все имеющиеся силы, а используя их более рационально. В частности, на последнем этапе операции были задействованы четыре лёгких авианесущих корабля, запустивших истребители в непосредственной близости от пролива. Эти авиагруппы обеспечили отсутствие вражеских противолодочников, а также засветили на карте все надводные корабли противника, что сильно помогло.
В частности, истребители сообщили, что к месту затопления "Мигустова" идёт до тридцати разных гурпанских кораблей - по этой причине подводный флот, возвращающийся из Неюжного моря, прошёл через другой пролив. Тем не менее, атака "Плюхановца" сыграла значительную роль в благополучном возвращении флота в базы. Потопление столь крупного транспорта, как "Мигустов", само по себе принесло большой ущерб противнику, так что Кселиса могла с полной уверенностью тявкнуть, что сделала всё совершенно правильно. Не менее правильно всё сделали механики, поэтому двигательная установка "баклана" продолжала бесперебойно работать ещё несколько суток, до того времени, когда подлодка достигла входа в гавань Мртыевска. Хотя реально угрозы от гурцев не было на значительно большем расстоянии на запад, осторожные морячки и не подумали переходить в надводное положение, тянули под водой до последней возможности.
Кселиса подпрыгнула как ужаленая, когда двигатель вдруг взял и замолчал! Однако, судя по довольным мордам грызей, ничего страшного не случилось.
- Горючка, - подробно сообщил о положении дел Респрей.
Из-за того, что лодка долго ходила с превышением экономического хода, а также из-за "оглобли" на корпусе, весь запас топлива оказался сожжён до последнего литра, и "баклану" предстояло заходить в родную базу на буксире. Скрипя корпусом, подводное судно неспеша всплыло на поверхность; с изрядно побитых ржавчиной боков сливались потоки воды, создавая кайму из пены вокруг лодки. Слегка трясущимися лапами Кселиса открутила задвижку люка, и вышла на свежий воздух. Как она ни старалась держаться, в глазах с непривычки залетали искорки, и пришлось привалиться к рубке. Обычный солнечный свет, даже слегка притушеный облачной дымкой, казался ослепительным, валил сверху потоком, создавая ощущение, что давит на уши. Лёгкие начинали болеть от воздуха, так что некоторые подводники даже не сразу вылезали из лодки, давая организму привыкнуть к столь резкой смене условий.
Когда глаза стали видеть не только белый свет, Кселиса с невероятной радостью разглядела панораму родного города. Она никак не могла поверить, что удалось вернуться из такого похода! В таком состоянии было совсем нетрудно представить, что всё это только сон, и стоит проснуться - окажется, что всё только начинается. Однако, развеивая эти сомнения, невдалеке от "Плюхановца" из воды начали подниматься рубки носителей мортанков. Разрезая воду острыми носами, на поверхности одна за другой появлялись подлодки - теперь уже можно, не опасаясь, собираться в кучу. На палубы вываливали морячки, мотая ушами и хвостами, и поскольку там большая часть оных являлась грызями, даже с приличного расстояния слышался хоровой ржач.