Люди толпятся возле открытых дверей электрички. Кто-то заходит, кто-то выходит. Ведьмы с моим пакетом нет. Забегаю в ближайший вагон.
— Осторожно, двери закрываются. — Вещает электронный голос.
Бля, ну шик!
Хотел на поезде прокатиться? Получите, распишитесь. Надо было чётче свои желания формулировать.
Электричка трогается.
Поменяю пакеты, выйду на следующей. И обещаю себе, что выброшу ведьму из головы. Да.
Надвинув кепку поглубже на лицо, иду вперёд. Прокуренный тамбур, снова вагон. И там её нет. А вот в третьем — есть.
Сидит одна, привалившись головой к окну, спиной ко мне. Её рыжие волосы в этом мрачном пространстве — единственное яркое пятно. Невозможно её не заметить или с кем-то спутать.
Подкрадываюсь медленно и тихо. Ваще не подозрительный тип… Пассажиры косятся с недоумением.
Осторожно ставлю свой пакет на деревянную лавку, тяну на себя её пакет.
— Воры! — Верещит кто-то с другого конца вагона. — Воры!
Ведьма резко оборачивается. Ярко-зелёные глаза сверкают изумрудами.
— Вы?! — Опускает взгляд вниз. — Вы что, воруете?!
— Дайте мне минуту и я всё объясню!
— Полиция! Полиция! Здесь воры!
Оборачиваюсь на визгливую барышню. Удерживая пальцем кнопку связи с машинистом, она орёт в динамик:
— Пришлите ОМОН! Здесь кража!
Мля! Приехали…
Глава 6
Лета.
Через пару минут в вагон входят два человека в форме.
Женщина, что их вызвала, указывает на нас пальцем.
— Ну, в чём проблема? — С гонором спрашивает полицейский.
— Вышло недоразумение. — Вальяжно так, без какого-либо напряга, объявляет мужчина.
— Это мы щас сами разберёмся. Документики ваши можно посмотреть?
— Если она мой пакет отдаст.
Прижимаю пакет тесней к груди.
— Это моё.
— Да вы загляните! — С нажимом говорит мужчина.
— Так, документы. И ваши. — Обращается полицейский ко мне.
Меня знобит от ужаса.
Потому что я стараюсь не светить лишний раз паспортом. Двойная фамилия, да ещё и наполовину французская — это слишком запоминающийся факт. И если парни в форме хоть раз слышали о сбежавшей жене Стоцкого, то наверняка запомнили.
Это может стать конечной остановкой в моём маршруте. Пять месяцев трудов окажутся перечёркнуты одной идиотской выходкой.
Достаю паспорт из внутреннего кармана куртки. Трясущейся рукой передаю полицейскому и сосредоточенно вглядываюсь в его лицо.
Тот только хмыкает и молча показывает документы напарнику. Оба сдерживают ржач.
Летиция Стоцкая-Дюпре в пахнущей сигаретами и пирожками с луком и яйцом электричке — это смешно? Возможно…
— Теперь ваши. — Обращаются к мужчине.
— Всё у неё. — Закатывая глаза, говорит он. — Девушка, просто загляните в пакет. Нет там ваших пончиков. Там мои эклеры. А ещё телефон, ключи, бумажник.
— Давайте уже. — На выдохе требует полицейский.
Заглядываю.
Да, действительно… Пончиков нет. Зато куча чужого барахла.
— Извините… — Зачем-то прошу прощения и возвращаю пакет мужчине. Сгребаю свой, с пончиками.
Мужчина достаёт документы, тычет в нос полицейским. Те в секунду вытягиваются по стойке смирно и на лица натягивают самые серьёзные выражения.
— Так это… Вы б сразу сказали… Товарищ майор… Претензии к девушке будут?
— Чего? — Морщится этот товарищ майор. — Пургу не несите. Какие у меня к ней претензии?
— Тогда протокольчик заполним по-быстренькому, а? Положено так.
— Заполним, раз положено.
Под любопытными взглядами пассажиров заполняем вместе какие-то бланки. Ставлю свою подпись там, где показывают. Вся эта бюрократическая волокита занимает добрую часть пути.
Внутреннее напряжение немного отпускает лишь тогда, когда полицейские уходят. Но я всё равно один сплошной спазм.
Я была на волоске. И если бы стражи порядка попались более амбициозные и ответственные, меня бы уже возвращали Максу.
Это страшно. Не хочу…
— Я Данил. — Тянет руку мужчина. — Можно Север.
— Я уже поняла. — Сиплю, кое как выталкивая из себя слова.
— Красивое у вас имя. Тёплое.
— А у вас — нет.
— Не тёплое, или не красивое?
— Послушайте, Данил-Север. Я не знаю, почему вы до сих пор здесь, но если моё выражение лица вам ни о чём не говорит, то я скажу словами: отстаньте от меня, пожалуйста.
— Понял! — Поворачивается к окну. Замолкает на две секунды ровно. — А вы в Мирную, да?
— Боже…
— Я там был однажды.
— Поздравляю.
— Вы там живёте?
— Нет, приезжаю постоять на перроне.
— Вы забавная.
— Прошу вас, не заставляйте меня переходить на грубости.
— Следующая остановка четыреста-восем-надцатый километр. — Объявляют по громкой.