— У тебя полчаса на дорогу. В противном случае мы перейдём к шантажу. — Сбрасывает.
Ладно, я ведь сам инициировал встречу.
Разворачиваю машину. Еду в загородный дом Аристовых. Уже на подъезде чувствую ароматы мяса на мангале. Со двора доносятся визги двойняшек, лай Фрейда — овчарки Аристовых, и крики кого-то из мужиков.
Паркуюсь за воротами. Вхожу во двор.
На открытой террасе накрыт большой стол. За ним сидит Добров, покачивает коляску, в которой не спит маленькая Влада. Настя стоит рядом с мужем, перебирает между пальцев его волосы. Лика, приосанившись к стене дома, наглаживает уже выступающий беременный живот и наблюдает, как Аристов бегает за детьми и собакой, а потом наоборот.
Весело у них. Хорошо.
И я на автомате пытаюсь вписать в эту картинку Лету.
Интересно, подружилась бы она с Настей и Ликой? Лета ведь не из общительных, и я с трудом представляю, как она заводит новых друзей. Но мне кажется почему-то, что с моими друзьями она бы быстро нашла общий язык.
— Даня, ну наконец-то! — Замечает меня Лика и идёт навстречу. — Мы переживали, что не приедешь.
— Прямо-таки переживали?
— Ты нас игнорируешь в последнее время. Мы беспокоимся.
— Работа. — Обречённо поджимаю губы.
Лика понимающе кивает.
Конечно, она знает, что скрывается за кодовым словом «работа». Аристов ведь не умеет молчать.
Жму руку Доброву, заглядываю в коляску.
— Ого, феечка-то уже большая совсем! Скоро в школу, да?
Влада Кирилловна долго настраивает фокус на моём лице, а потом расплывается в широкой беззубой улыбке.
— Ну-ка ответь, Дань, на кого похожа? — Требовательно просит Настя.
Перевожу взгляд с улыбающейся Влады на Настюху с Киром. Прищуриваюсь.
— Батя вылитый! Насть, без обид.
— Ну вот! — Настя расстроенно складывает руки на груди. — Что за несправедливость? Девять месяцев носишь, пятнадцать часов рожаешь в муках, чтобы потом все твердили: вылитый папа!
Аристов с двойняшками подтягивается к столу. Сёма с Тёмой здороваются со мной за руку, как настоящие мужики. Наперебой трындычат о каких-то роботах, которых им папа купил.
Краем уха продолжаю слушать разговоры за столом.
— Это норма, Насть. — Утешает подругу Лика. — Эволюционный механизм. Маленькие дети зачастую похожи на своих отцов, чтобы те их признавали. Твои черты в ней начнут проявляться с возрастом.
— Что-то я в пацанах твоих черт не заметил. — Ехидничает Аристов. — Там все мои.
— Ничего, я на дочери отыграюсь. — Лика гладит живот. — Мы уже договариваемся с ней. Ты же хотел все прелести батеринства прочувствовать? Хапнешь, так и знай!
— Евка будет настоящей принцессой! — Аристов кладёт свою ладонь поверх Ликиной. Переплетает пальцы и целует жену в макушку.
Двойняшки облепляют папу с мамой.
Я тут — не пришей кобыле хвост.
Не могу поддержать разговор о детях и простом семейном счастье. Моё семейное счастье, кажется, всё сильней удаляется от меня.
— Ладно, все за стол! — Командует Лика, хлопнув в ладоши.
Усаживаемся.
Настя вытаскивает Владу из коляски и прикладывает к груди, пряча под тёплым палантином.
Двойняшки просто набивают рот шашлыком и тут же смываются.
Все легкомысленно болтают, как обычно. Смеются, обсуждают работу, быт и курьёзные ситуации из числа последних. И только я сижу с лицом, будто мне в тарелку плюнули.
Мне тоже хочется, чтобы было с кем пальцы переплести. Кого обнять.
Вот это пустующее рядом место обязательно должно быть занято Летой.
Дорисовываю реал по своим фантазиям.
И коляску вот тут. Чтобы из неё тоже беззубо улыбалась феечка. С пушистыми рыжими волосиками и блестящими глазищами.
Вываливаюсь вообще из струи диалога. Отсутствую. Я на максималках сейчас в другом измерении, где у нас с Летой всё хорошо. Где нет её бывшего мужа-гандона.
— Северов! Пните Севера!
Тычок в плечо.
— Ау! Ты с нами? — Поднимает бровь Аристов.
— Да. Задумался.
— Там конкретно связь с сервером оборвалась. О чём печалишься, друже?
Оглядываю собравшихся тяжёлым взглядом исподлобья.
— Я в тупике.
— Настоящие мужики не сдаются! — Аристов опрокидывает в себя стакан морса.
— Не сдаются. — Поддерживает Кир и двигает к Насте блюдо с шашлыком. Накладывает своей женщине в тарелку пару сочных кусков мяса. — Иди до конца.
— И чо вы мне предлагаете, умники, силой заломать? Это у нас в рамках нормы для «настоящих мужиков»?
Кирюха трёт задумчиво подбородок.
— Не, силой не надо. Если женщина чего себе вбила в голову, тебе остаётся только молиться на её тараканов.
— Каких тараканов?
— Понимаешь, Дань, у них там целый инсектарий. — Кир стучит пальцем по своему лбу. — Все решения принимаются совместным трудом. Нам, мужчинам, приходится только ждать — помилуют или казнят. Прими тот факт, что всё решает женщина, даже если ты сильный смелый мужик, внушивший себе, что можешь щелчком пальцев устранить её проблемы. Если она твоей помощи не захочет, то хоть об стену расшибись, а всё будет бестолку.