- Ушёл, Бритва. – Внимательно прислушиваюсь к разговору. – Решил тряхнуть стариной. Хочу ввести нового человека в наш круг.
- Любовница? – хохотнул Бритва, но наткнулся на холодный взгляд и поджатые губы.
- Не советую шутить, — осадил Юрыч знакомого. – Я тебя уважаю, но ещё раз такое услышу про свою протеже и будем разговаривать по-другому. Понял?
- Понял-понял. – Бритва примиряюще поднял руки и прислонился к боку белой машины с низкой посадкой. – Гонщица?
- Можно и так сказать. Она хороша. Очень хороша. Вряд ли найдётся равный по способностям в этом городе.
Мне надоедает находиться в тени. Выступаю из-за спины Юрыча и направляю взгляд на Бритву, чуть прищурив глаза. Вызова нет. Я не готова сражаться на равных, но это пока. Но заслужу это право. Нужен только первый толчок. Юрыч не зря меня нахваливает: с Хондой, которую я ласково назвала Холли, найден общий язык, проведя много часов на трассе и по ночным улицам.
Пусть пока не хватает опыта, зато есть энтузиазм, ум и талант. Костик и Юрыч признали это единогласно, тренируя и объясняя азы правил.
Я знаю, что сегодня хороша, натыкаюсь на похотливый и откровенно жаждущий оскал. Даю мужику рассмотреть подробно длинные ноги, обтянутые укороченными брюками, обнажённую полоску живота с пирсингом и глубокий вырез на тонкой полупрозрачной блузке. Через плечо перекинута короткая куртка. Я демонстративно встряхиваю ей и накидываю на плечи.
- Будешь пялиться, останешься без глаз. Мне нетрудно и даже приятно будет. Доставить тебе такое удовольствие?
- Остра на язык, смотрю? – Хмыкает Бритва и отрывает зад от машины. – Ничего, у нас таких любят укрощать. Будешь молчаливой и покорной. И для языка твоего найдётся применение.
- Укрощалка не выросла ещё, — демонстративно посматриваю на место ниже ремня с большой пряжкой, на которой красуется хромированный череп с перекрещенными костями. – Малыш, позови папочку. Мне нужно поговорить со взрослыми.
- Ах, ты…
- Я Дина. Можно просто – Рыжая. – Протягиваю руку.
- Ведьма! – Бритва брызжет слюной.
- Можно и так, — легко соглашаюсь. – Так что, папочку звать будешь? Моё время дорого стоит. А детское давно закончилось. Тебе спать пора.
Скалюсь. Отчаянная. Только поставить и показать себя мне придётся уже сейчас. Времени на раскачку нет.
- Жаль, разговаривать здесь точно не с кем, — притворяюсь огорчённой. – Юрыч, зачем ты меня сюда привёл? Этому малышу в песочнице играть, а не курировать гонки в этом районе. Поехали домой, а? Мне даже жаль, что Холли пришлось лишний раз дёргать.
Я развернулась, намереваясь покинуть достопочтенное общество. Юрыч хмурится, но не обращаю внимания. Задетая гордость не позволит Бритве отпустить меня просто так.
- Да что ты можешь, выскочка? Думаешь, пригнала новенький байк, пару метров проехала и думаешь, что стала опытной гонщицей?
- А ты проверь! – изящно разворачиваюсь. Волосы рыжей послушной волной следуют за движением головы и опадают беспорядочной копной, закрывая глаза. Небрежным движением откидываю закрывающие обзор пряди. – Удивлю тебя.
- Детка, — Бритва подходит слишком близко. Он выше ростом и мне приходится закидывать голову, — тебе в куклы играть нужно, а не кататься на опасных машинках.
- За «детку» получишь отдельно, — пообещала. – А пока ты только и можешь, что трепаться. Докажи, что слова не расходятся с делом. – Гони своего гонщика.
- Да я сам тебя порву!
- Судя по твоему виду, — я прицениваюсь, — ты даже нитку от катушки оторвать не можешь, а со мной справится и подавно.
Возле нас не так много людей, но нашу перепалку слышат прекрасно. Подтягиваются любопытные. Слышатся смешки: людям нравится. Я игнорю помехи, всё внимание уделяю противнику.
- Я тебя сделаю! И трахну. И заберу твой байк. – Ой, кажется, я перестаралась. Лицо мужика покраснело и пошло пятнами от злости. Слабак. Вон Артёмка сколько уже держится. Хоть медаль давай и на доску почёта вешай. От мыслей по качку стало грустно и я поскорее их отогнала.
- Сначала догони, — бросаю равнодушно из-за плеча, направляясь к Холли.
Передо мной расступаются. Я иду в ночи, настраиваясь на победу. Мне некому помочь. Юрыч берёт на себя организационные моменты. Толкаю мотоцикл к линии старта. Ладони влажные от волнения, сердце колотится то в пятках, то горле. Сумасшедшее. Сомнений нет, что я справлюсь. Другого варианта просто нет.