Ночь заиграла новыми красками. И конкретно сейчас я готовилась к тому, чтоб разбогатеть. Да, деньги я люблю. А кто их не любит?
Купюры приятно шелестели в кармане. Проныра оказался нормальным парнем. Представился Вовчиком, похвалил гонку и отдал причитающуюся награду. Нехотя, но отдал. Юрыч за этим строго следил.
Пора искать Бритву (Господи, что за кличка?) и стребовать выигрыш. Долго искать не пришлось: мужик нашёлся возле моей Холли.
- Меня ждёшь? – Я стояла, широко расставив ноги. В небе поднимался рассвет, разрисовывая мир багряно-розовыми всполохами. – Хочешь спеть?
- С**ка! – Рычит Бритва, и его сейчас особенно некрасивое лицо искажается от гнева. Замахивается. Перехватываю руку отработанным приёмом.
- Но но! Полегче! – Сжимаю пальцы до хруста. – Также и ответочку получить можно.
Ослабляю захват и толкаю в грудь противника. Сейчас я не боюсь. Но с этим парнем мы не сработаемся. Он всего лишь мелкая сошка, дурак, которому до поры до времени доверили вести дело. Его легко сольют при первой возможности, сделав козлом отпущения. Не думаю, что ему долго осталось ходить на свободе. Или живым. Здесь уж как карты лягут.
- Ведьма, - сплёвывает. Брезгливо морщусь. – Чего ты хочешь?
- Я же тебе сказала: мне нужно поговорить с кем-то выше по положению. Безмозглые шестёрки меня не прельщают. Значит так, - сделала шаг. Наши лица оказались на одном уровне. Смотрела не мигая. Взгляд Бритвы забегал: он не выдержал напора. Слабак. – Организуй мне встречу в ближайшие дни.
- Зачем?
- Не твоё собачье дело! – Ухмыляюсь. – Надеюсь, твоих мозгов хватит выполнить такое простое поручение? Свяжешься со мной через Юрыча. И если не сделаешь, как я сказала, из-под земли достану. Понял?
Бритва кивнул. Хмыкнула. Не такой уж и крутой мужик. И не таким зубы обламывали. Взять хотя бы качка. Хотя нет… Воронов отдельный разговор. Об него зубы ломаю уже я. Подавила печальный вдох.
- Жду, когда со мной свяжутся. – Кривая улыбка скользнула по губам. Села на Холли, включила зажигание и, прежде чем нацепить шлем, сказала Юрычу: - До встречи.
И только остановившись в нескольких кварталов, дала волю слезам, выплакивая страх, пережитый ужас и отпуская железные оковы, сковывающие трусость. Никому не расскажу, что я пережила этим вечером. Пусть останется моей тайной, спрятанной глубоко под маской самоуверенности и наглости.
Я сделаю вид, что не видела угрожающе сжатых кулаков Бритвы. Не замечала ненависти во взгляде и скрытого обещания расправится с выскочкой при любом возможном случае. Делаю вид, что не замечала предостерегающе-сдерживаемого движения Костика, который сдержал Бритву, пытающегося наброситься на слишком борзую девчонку. Даже не показала, что знакома с Костиком - так было решено на общем собрании нашей маленькой дикой банды.
Я сидела на холодной земле, прислонившись к забору, и смотрела на звёздное небо, не останавливая солёные потоки. Не в моих правилах долго жалеть себя. Вытерла мокрые дорожки, поднялась, отряхнулась и оседлала Холли.
Теперь осталось ждать.
Глава 35.1
Артём
Просторный тренажёрный зал почти пустой. Царство железа, силы и тестостерона. Сложил гантели и добавил на «бабочку» пару блоков. Силовые упражнения всегда были моими любимыми: они напрягали мышцы и заставляли работать мозг.
Привычные движения, контроль дыхания – я отпускаю собственное тело. Напряжение тела сгоняет напряжение души: в последнее время струны звенят, натянутые до предела, проигрывая тревожную мелодию.
В свой выходной день я не находил покоя. Доверить рыжее сокровище другому оказалось невероятно сложным. Киту я не доверял: слишком легко девчонке удавалось обвести напарника вокруг пальца. Приходилось контролировать дистанционно, проверяя через жучок местоположение девчонки. И результаты проверки вселяли беспокойство. Не верилось, что Дина спокойно спит в собственной постели.
В свои смены я контролировал этот вопрос лично, заглядывая в комнату по несколько раз за ночь. Призраком стоял над постелью со спящей девушкой, ощущая себя поганым извращенцем, но не мог удержаться от соблазна погладить волосы или аккуратно обрисовать точёный контур лица. Любовался изящным профилем, вздёрнутым носиком и мелкими, еле заметными в полумраке, веснушками.
Сигнал телефона вывел из задумчивости. «День рождения Рыжей» — гласила надпись и завтрашняя дата. Нахмурился. Что-то не припоминаю разговоров о предстоящем празднике. Восемнадцатилетние единственной дочери и наследницы не должно остаться незамеченным. Не должно же?