- Дело. Подожди, я тебе переноску принесу, в машине посадишь.
Оставив мне клетчатую мягкую сумку, Ольга ушла спать. Кот еще немного постонал, потом принюхался, подполз к миске с кормом. Поел и вздохнул тяжело – совсем как человек.
Подумав, я положила его вместе с пуховиком к себе на кровать, благо на двуспальной пространства хватало. Легла рядом, погладила по рыжей башке и услышала в ответ тихое благодарное мурчание.
В начале шестого меня разбудил страдальческий мяв. На этот раз я уже не думала, что кот умирает, а просто сделала укол обезболивающего. Было страшно, но не звать же опять Ольгу. Конечно, с первого раза получилось не так ловко, как у нее, но Рыжий вытерпел, хотя и издал что-то вроде дверного скрипа.
Поспав еще пару часов, я встала и начала собираться на работу. Ольга предупредила, что кот попытается подняться и ходить на трех лапах, но хотя бы пару дней надо пресекать это в зародыше. Поэтому я сменила ему памперс, покормила и под негодующий вопль запихала в переноску.
- Потерпи, Рыжий, - сказала строго в ответ на кошачий мат. – Это для твоего же блага. Я в туалет, а ты тут разгуливать вздумаешь. Так дело не пойдет. Сиди в сумке. Приедем на работу – выпущу.
Впрочем, сначала я решила доехать до поселка и расклеить объявления. Но тут ждал крутой облом. Охранник на въезде, молодой туповатый мордоворот, категорически отказался меня впускать, никакие доводы и уговоры не подействовали. Только проживающие и те, кого занесли в список. Вас нет? Никто не ждет? Свободны, девушка.
Наверно, надо было дать денег, но, как назло, наличкой наскреблось бы рублей сто, монетками. Тогда я попробовала заплакать. Конечно, он мог оказаться из тех, кого женские слезы бесят, но, к счастью, не оказался и смягчился.
- Ладно, давайте ваши бумажки. Сам повешу.
Отдав ему пачку объявлений, я развернулась и поехала в город. Уверенности, что действительно их расклеит, а не выбросит в мусорник, не было никакой, но не драться же с ним.
В офисе я устроила Рыжего на пуховике рядом со столом и занялась работой. Видимо, ему стало получше, и он почти весь день продремал. Только пару раз просыпался попить, поесть и потыкаться головой мне в ноги, требуя, чтобы погладила.
Зашла с потенциальным покупателем Юля, увидела, разохалась. Покупатель тоже. Пришлось все им рассказать. Мужчина, сказавший, что у него трое своих котов, сфотографировал Рыжего и тут же закинул в свой Инстаграм. Юля пообещала сделать пост в Фейсбуке.
- Не бойся, парень, - погладила она кота по загривку. – Найдем твоих хозяев.
9.
Однако прошла неделя, а хозяева так и не появились. Я каждый день просматривала сообщения в группах и раскидала объявления еще в десяток. В ответ тишина.
Рыжий тем временем потихоньку шел на поправку. Обезболивающее ему больше не требовалось, антибиотики тоже закончились. К концу недели Ольга разрешила снять повязку с бока, чтобы кот мог его зализывать. Чем и занимался методично. Ходить тоже было можно, и он скакал на трех лапах, иногда постукивая по полу краем гипсовой лонгеты. Ходил, впрочем, недалеко – от подстилки до лотка и миски, в радиусе метра. Ел и пил аккуратно, делишки свои делал тоже, когти о мебель не точил. Мечта, а не кот.
Двадцать восьмого вечером Ольга зашла осмотреть его после курса антибиотиков. Кстати, деньги за эти осмотры она брать с меня категорически отказалась. Да и вообще мы с ней за эту неделю сблизились. Пили чай, болтали. А до этого прожили на одной лестничной площадке четыре года и практически не общались.
- Где будешь Новый год встречать? – спросила она, одобрительно похлопав Рыжего по спине.
- Дома, - пожала плечами я. – Как настоящая старая дева – с котом.
- Бери его и приходи к нам. Мы в этом году тоже одни. Мои родители в Таиланд отправились, Витькины в Волгограде живут. А компании мы не особо любим.
- Ну… не знаю, - засомневалась я. - А подруга твоя? С которой у вас клиника?
- Наташка-то? – Ольга махнула рукой. – Да ей рожать вот-вот, боится шевельнуться лишний раз. А еще у них енот, они его на ночь одного не оставляют.
- Енот? – удивилась я. – Настоящий енот?