Оливер хохотнул, когда пытающийся успокоиться Грег вернулся за руль:
— И ты говоришь, не безумная…
— Это не аквилитцы. — только и сказал Грег, снова трогаясь в путь.
— Ну да, это тальмийские дебилы, — согласился Оливер. — Но одного отрицать нельзя: тут чуть не закончились славные рода Монтов, Ривзов…
Грег оборвал его прочувственную речь:
— Кстати, забыл представиться — Грегори Эш. — Он подавил невольный смешок — Оливер был не прав: род Монтов закончился именно тут. Сегодня.
Оливер даже повернулся к нему в кресле, внимательно рассматривая:
— Неожиданно… познакомиться. В смысле приятно. Почему именно сейчас, когда о твоей доблести пишут все газеты Тальмы?
— Так получилось, — сухо сказал Грег, и Оливер проявил несвойственный ему такт:
— Не хочешь — не говори.
— Все равно разузнаешь?
Тот не стал лгать:
— Основы выживания в профессии — всегда все знать и всюду совать свой нос.
Грег, отвлекаясь от дороги, серьезно посмотрел на него:
— К Андре больше свой нос не суй.
— А что так?
— Она стала эфирницей и заключила союз с Брендоном Китом. Так что держись от неё подальше.
Оливер, спокойно наблюдая, как за окнами проносится такая знакомая и ненавистная Аквилита, напомнил:
— Я еще помню твое предупреждение. И напоминаю в свою очередь: против родственников друзей… — он поймал очередной косой взгляд Грега и поправился: — уговорил: приятелей… Я не замышляю пакостей.
— Несмотря на взрывающиеся пароэфирники?
— И ты туда же… Откуда узнал?
Грег лишь таинственно улыбнулся — еще одно правило в его бывшей профессии: держать лицо, даже солгав. Скорее даже — особенно солгав.
Оливер пробурчал, сознаваясь:
— Взорвался. Вчера. Седьмицу проработал и… Взорвался к демонам собачьим! А у Андре?
— Пока работает.
Оливер деланно простонал:
— И сколько уже? Три года же, да?
— Да, её игрушка уже три года успешно работает.
— Вот скажи: в чем дело?! Десяток умных инженеров, который год голову ломают, а одна смешливая девчонка уделывает их мимоходом.
— Это называется гениальность.
— Это называется удача.
— И это тоже, — не стал отрицать Грег.
Оливер заметил, искоса поглядывая на него:
— Значит, теперь тебе за двоих придется биться с инквизицией?
— Иии? — Грег зарулил в боковую улицу у гостиницы — к въезду в гараж.
— Могу помочь.
— Сам справлюсь — твоя помощь меня пугает. Может оказаться не по карману.
Оливер не выдержал:
— Да брось! Только не говори, что поверил в ту мою личину. Я вот до последнего не верил, что ты не взял с собой цистерну успокоительного.
Грег, подавляя гнев, припарковал паромобиль в огромном, сейчас под завязку забитым паромобилями с тальмийскими номерами гараже и повернулся к Оливеру:
— Не взял. Ибо был самовлюбленным идиотом, верящим в свои силы.
Оливер, забирая с заднего сиденья свой саквояж, заметил:
— Но Ривза ты смог подстраховать. Какого демона себя не смог?! — он покопался в саквояже и достал бутылек темного стекла: — держи.
— Что это? — Грег не спешил брать незнакомый бутылек. Оливер сам его сунул в руку Грега и спешно вышел из паромобиля. Пришлось выходить следом и убирать бутылек в карман пиджака.
Оливер, направляясь к лестнице, ведущей из гаража, пояснил:
— Твоя цистерна успокоительного. Новая разработка для лечения постбоевых расстройств психики. Наши фармакологи… И не смотри так — да, мы подмяли под себя и фармакологов — перспективное развитие науки, кстати. Не все зависит только от амулетов. Так вот. Последняя разработка. Успокаивает только так — одна капля, и ты спокойнее ленивца на ветке. Две капли — и сон без сновидений гарантирован. Что приятно — на брачные обязательства никак не влияет, так что не бойся, не расстроишь леру де Бернье.
— Пошляк! — не сдержался Грег.
— Мне можно — за мной толпа благородных леров не следит с небес и из могил. Единственный благородный предок еще бегает по земле, так что можно и не следить за языком и манерами. Короче… Не сможешь защитить Андре от инквизиции — смело обращайся ко мне. Помогу. И не только из-за пароэфирников. И даже бесплатно. Цени!
Грег не сдержал смешок — бесплатно и Фейн как-то не сочетались. Оливер мимоходом бросил, заставляя Грега на миг замирать: