Брок задумчиво покачался с носка на пятку и глубокомысленно изрек:
— У неё питбуль с серебряными пулями. Она эфирница. Еще и лиса… Натуральная, оказывается. Думаю, справится с этим Каеде… А вот на совещание мне точно не хочется…
— Удачи! — только и сказал Лео, хлопая его по плечу.
Стоило признать, вечер начинался не очень, особенно когда в зале для совещания обнаружился Грег, и Брок понял, что напрасно пожертвовал собой и свободным временем — можно было с чистой душой пропустить сборище у лер-мэра. Только вот незадача — тот его уже заметил в толпе и рванул к нему — поздравлять с возвращением на службу, намекать, что без него это никогда бы не состоялось, и вообще… В конце беседы Брок понял, что лер-мэр Сорель считает его по гроб должным и своим в доску. Только этого не хватало! Уж лучше бы потерпел до конца расследования дела Чернокнижника, чем вот так попасть. И ведь не докажешь, что, если кому и быть обязанным, как это отцу Маркусу — без него бы тот суд не состоялся. Грег сочувственно смотрел на Брока, но помочь пока ничем не мог — он в толпе присутствующих был еще изгоем.
Исправить настроение, испорченное Сорелем, Брок решил сразу же после совещания. Попрощавшись с Эваном и заловив на крыльце Грега, Брок потащил его прочь в темноту вечера:
— Никакие возражения не принимаются! Нам стоит многое обсудить, так что готовься морально…
Грег напомнил:
— Пожалуйста, давай сегодня просто разойдемся — я дико устал, если честно. Я выплачу тебе любые неустойки за разрыв помолвки, только отдай уже документы… Поговорить можно и завтра.
— Я же сказал, что возражения не принимаются. Может, я тоже устал — вот вместе и отдохнем. Найдем сейчас ресторанчик, посидим, поговорим — Лиз стоит того, чтобы чуть-чуть потерпеть меня, ведь так?
Грег признал:
— Это запрещенный прием.
— Зато действенный! — фыркнул Брок. — Кстати, почему ты не обращаешься ко мне по прозвищу?
— Жабер? — кисло уточнил Грег.
— Э нет, это только для Лиз! Для остальных я рыжий. Пользуйся — разрешаю! А вот тебе прозвище пока не придумали. Забавно, да?
— Очень.
— Пока лидирует глупое черный-черный. Так себе, да?
— Да хоть как обзовите, — смирился Грег. Брок скривился — как-то он сам на себя не походил. Что-то в нем было не то. Может, действительно, сильно устал? Перегорел? Отец Маркус мозги ему сломал?
Он услышал вдалеке колокольный звон паровика и, подхватив Грега под руку, рванул к остановке. Они еле-еле успели, заскакивая буквально на подножку. Зато платить не надо — совсем как старые, добрые времена, когда Брок был еще патрульным констеблем и только собирался штурмовать служебную лестницу, надеясь, что как маг сможет преодолеть ступеньку между сержантом и инспектором. То, что он сможет претендовать на должность суперинтенданта, он тогда даже не думал. Впрочем, он скосился на кислого, очень хмурого Грега, претендовать на место суперинтенданта Брок и так не сможет — его место занял Грег.
Брок вздрогнул от этой мысли. Кочегар подкинул уголь в топку, и Брока обдало черным дымом — хорошо, что тут же налетел ветер, унося прочь и гарь, и глупые мысли — быть суперинтендантом, когда в кресле лер-мэра Сорель — увольте! Да и Грега подсиживать противно. Ветер трепал отросшие волосы Брока, бросая их в лицо, паровик несся вдоль Ривеноук, и жизнь была прекрасна! Город сиял огнями, город пел, отзываясь песней в сердце Брока, река плескалась в берегах, подсвеченная сотнями фонариков на прогулочных лодках.
Паровик почти добрался до конечной, и Брок спрыгнул на ходу, бросая:
— Ал, не отставай!
Тот угукнул, тоже спрыгивая и ругаясь — ногой угодил в лужу. Пришлось ему подсушить брюки — иначе в заведение «Веселая вдова» могут и не пустить. Вот уже которую седьмицу они с Алом выслеживали отравителей и все никак не могли выйти на их след. Кто-то нагло до последней нитки на теле обирал мужчин и бросал их умирать от яда в подворотнях Аквилиты. Несмотря на наплыв сиятельных всех мастей, несмотря на все усилия лер-мэра сделать город представительным и богатым, опасных закутков в Аквилите хватало, темных подворотен тем более, а уж желающих пощипать сиятельных всегда было много. Отравители не сильно наглели — травили ядом, подкинутым в стаканы со спиртным, только богатеньких неров, чтобы откровенно не злить полицию, но пятнадцать трупов срывают благодушие с любого — Сорель рвал и метал, требуя отравителей немедленно и желательно уже неживых. Отследить отравителей не удавалось — вокруг обнаруженных трупов только и оставались следы шин, а паромобиль ни одна даже самая крутая ищейка не отследит. Протекторы шин были обычными, свидетелей никаких, так что приходилось ловить отравителей на живца. Сегодня живцом был Брок. Ал, специально отставший от Брока, был страхующим.