Грег скупо улыбнулся — иногда Брок потрясал своей застенчивостью, хотя, казалось бы, вся Аквилита его видела во всех ракурсах:
— Ты про твой первый побег из «Веселой вдовы»?
— Именно. Как ты нашел оригиналы фиксограмм? Нам с Алистером и Одли тогда это не удалось. Это просто потрясает — спустя столько лет ты все же нашел оригиналы. Как?! — он искренне выглядел удивленным.
Грег спокойно пояснил — тайна-то невелика:
— Оригиналы нашел не я. Их нашел твой отец.
— Мой отец давно умер. — напомнил Брок. — Я вступил в наследование, и поверь, все вещи своего отца я знаю. Там не было потенцитовых кристаллов памяти.
— Он хранил потенцитовые кристаллы в банковской ячейке, до которой не добрался ты, но зато добрался я. У него было две банковских ячейки — одна на имя Мюрая, содержимое которой тебе передали по наследству, и вторая ячейка на имя де ла Тьерна в «Аграрном банке» — вот до той ячейки ты не добрался: никто в Аквилите не знал, что ты де ла Тьерн.
Брок взъерошил свои волосы:
— Да я сам не знал, что я де ла Тьерн до момента гибели моего кузена Джеймса де ла Тьерн. Отец никогда не рассказывал о себе и своей семье. Да, он воспитывал меня как вернийца, но я ни разу не слышал ни одного намека на настоящее родовое имя. М-да… Вот это я крупно сел в лужу.
Грег твердо сказал:
— Слово чести, что кроме кристалла, который я уже уничтожил, ничего иного в той ячейке не было.
— Ммм… Верю, Грег. Верю. Отец был не из тех, кто мог скопить тайные богатства и скрывать их от семьи.
Они с Грегом вышли из парка через открытую калитку. Брок ткнул указательным пальцем в стоявшую невдалеке у невысокой каменной ограды парка телефонную будку:
— Вот из неё я телефонировал в гостиницу. Я точно это помню. — Он поспешил к синей будке, огорченно вздыхая: — небеса и пекло! То-то мне не удалось до тебя добраться…
Ветер, налетавший с реки, игрался обрезанным телефонным проводом. Тот гулко стучался о деревянную стенку будки.
— Ну твою жеж… Дивизию, — выругался Брок.
Грег наконец-то нашел сугроб, уцелевший между телефонной будкой и оградой парка, и наступил в него, делая четкий отпечаток следа. Брок, любопытно заглядывая в пропахшую чем-то кислым будку и тут же закрывая её, укоризненно напомнил:
— Грег, я уже сказал, что верю тебе. — Он подумал и все же поставил свой отпечаток ноги рядом со следом Грега. — Доволен?
Тот сел на корточки, полы его шинели подмели тротуар.
— Я сам себе не верю, — глухо отозвался Грег, рисуя в ноздреватом снеге возле следов руны созвучия. Дорожка горящих призрачным синим светом следов Грега послушно вернулась назад, в гостиницу. Следы Брока бежали сразу в двух направлениях — в гостиницу и из неё куда-то дальше по разбитой гусеницами бронеходов улице. Брок скривился, понимая, где так изранил стопы.
Грег выпрямился и вытер палец платком, старательно оглядываясь и вспоминая карту: в восточной части города, где вдоль Ривеноук шли кварталы удовольствия, он ни разу до этого не был.
— Пойдем, — мотнул головой Брок. — Я себе тоже теперь не верю, так что в одинаковых условиях находимся…
Грег направился за Броком, шедшим назад по своим следам.
— Расскажешь про дело отравительниц? — попросил он. — Вдруг это важно.
Брок дернул плечом:
— Да там особо рассказывать-то нечего. Я лучше потом дело из архива тебе подниму. — он осторожно перешел улицу с разбитой брусчаткой. — Две молодые керы из портовых крыс сговорились и травили подцепленных в небольших заведениях неров, подсыпая в спиртное яд. Уже мертвого обирали до нитки, не гнушаясь даже носками — все сдавали в скупку и тряпичникам. Первые два трупа были обнаружены в порту, в таком виде, что признать в изувеченных крысами телах богатых неров было невозможно. Дела расследовали как попало, даже ищеек не привлекали. На третьем таком трупе инспектора из портовой части города осенило поискать похожие дела и объединить их в одно. Тогда же это дело передали нам, осам… Мы искали пару седьмиц, словив еще два трупа… А потом грянул Вечный карнавал, и вот тут-то девицы оторвались по полной — трупы стали находить через день. На тот момент они уже спелись с барменом «Веселой вдовы», который тайком предоставлял им паромобиль владельца — найти отравительниц было сложно: следов возле трупов они не оставляли, в скупку краденное притаскивали портовые крысы, которые ничего толком сказать не могли. Только опознав двух убитых неров, удалось выйти на заведения, где те любили кутить. Ловили на живца. Я тогда еще не примелькался в центре города — пять лет до этого служил за Полями памяти, меня только-только перевели сержем в Особый отдел. Мне повезло — в одну из ночей нарвался-таки на отравительницу. Хотя подозреваю, меня и Алистера, который должен был меня страховать, кто-то сдал из своих же — Ала в тот раз тоже отравили. Спасло то, что мы оба маги и были готовы к отравлению. Короче, я пришел в себя, когда меня уже обобрали до нитки, но еще не погрузили в паромобиль. Я арестовал главную отравительницу… Она называла себя Офелией… Прелестная, неземная фея со склонностью к убийствам… Очень красивая и очень шустрая — пришлось за ней побегать по улицам города. Ну, и сам понимаешь… Вечный карнавал, народа тьма, все веселятся, все стремятся запечатлеть себя и город… Фиксограмм было много… До отвратительного много. Как-то так.