Меня вообще интересовали дедушки прогрессивные с нестандартным мышлением. Вот решил самец правила старинные отменить, значит что-то изменится к лучшему обязательно. Я вообще за цивилизацию голосую руками и ногами, меня отсутствие интернета и сотовой связи вот сильно угнетало. Мы же не люди, мы же злоупотребить не сможем, чуть что, сразу вымрем, если не по той дорожке побежим.
— Я провожу тебя к нему после завтрака, — Назар словно принял тяжёлое решение.
— Если вы устали, можете отдохнуть, — подала голос его жена. А я думала, вообще хреново дело с равенством полов.
— Нет, мы не устали. Мы приехали разговаривать с Гордеем. Если он действительно самый старший волк.
— Да, он такой и есть, — более спокойно ответил Назар.
— Расскажи мне про исчезновение детей, — тоже мягко попросила я. — Вы кого-то подозреваете? Поймали кого? Куда ведут следы? Меня всё интересует, потому что украли детей даже из Догоды.
— Из Лихого дома не украли? — зло хмыкнул Назар.
— Нет, — жевала я, сидя с прямой спиной, соблюдая все правила этикета, — из Лихого не украли.
— Не дошли, видимо, — ехидничал альфа. Хладнокровно так, люто, зверем.
— Вообще-то да, далековато, — не реагировала на его злобу и яд.
— Нет. Мы никого не поймали, — он словно решался, волновался, признаться ли мне. — Ещё полгода назад у нас пропадали девушки. Теперь я вынужден не отпускать женщин одних. Я запрещаю им оборачиваться, ходят только под присмотром самцов.
— В городе живёт тысяча волков, — проскулила блондинка, — из них всего лишь семьдесят самок.
— Кажется, всех Дамок собрали по миру людей. Только оборачивали, сразу пропадали.
— Теперь понятно, что вам нужны перемены, — совершенно спокойно кивнула я, Назар даже клыки показал, но проглотить обиду был вынужден.
— Было время, когда оборотни не рожали девочек, а брали в жёны себе человеческих женщин, Дамок, — продолжила его более мягкая жена, поглаживала мужа по широкому плечу. — Это было страшное время. Много одиноких самцов, они дрались между собой. У нас теперь так же, каждая девочка на счету.
И я, блядь, к этим вырожденцам притащила свою дочь…
Рыжий цвет волос возникает естественно примерно у одного процента населения человечества. У нас такая же картина. И то, что эти придурки ещё и цвет хотят сохранить, ничего хорошего не несло. Нужно к их деду, он, похоже, в своём уме.
Альфа-пара посмотрела с горечью на Веснушку, которая вообще не замечала, что происходило и пыталась накормить свою куклу.
— За полгода вы не нашли воров? — не поверила я.
— Горы, которые находятся рядом с нами, очень опасны. — Назар не смотрел мне в глаза. — Восемь раз я пытался пойти по следу, и восемь раз блуждал. Там аномальная зона. Выйти из неё очень сложно, если попадёшь, колдовство использовать нельзя. Мановые путы прямо на тебя падают, заживо сжигают.
— По воде оттуда выходят, — рявкнула я. — Если бы вы пришли по зову своего Альфы на его последнюю битву, вы бы это знали. Вода течёт на запад в море, в любом случае!
Я разозлилась, но тут же взяла себя в руки. Гнев, агрессия спутниками ума не могут быть. А мне не хотелось терять последние мозги в этом дурдоме.
— Почему вы не попросите помощи у других кланов?
— Потому что у нас гражданская война, я же тебе только что объяснил! Мой отец – альфа, но кланом правлю я! Ты, Теона Тара, не хочешь рассудить по волчьим законам?!
— Конечно, я могу это сделать, — уравновешенно ответила я. — И ты знаешь об этом.
— Хорошо! — он откинул руку жены, которая пыталась его успокоить. — Я скажу тебе, в чём конфликт. Мы всегда жили и сохраняли свой окрас, потому что он не доминирующий. Он пропадёт. И мой отец сказал, что пора вводить новую кровь: серых и чёрных волков.
В общем всё, о чём сказала Прасковья Ниловна, ну, что там извращенцы и идиоты, чистейшая правда.
Я рассмеялась, закрыв глаза рукой.
— Епучее племя! Доколе писдицо будете? Пока не вымрете?! — Вылезла со скамейки, стала мерить шагами комнату. — То есть, если мы окажемся на грани вымирания, ты будешь ставить вопрос о своей окраске выше вопроса выживания целого рода, Назар Гордеевич?!
— Да, Тайра!
— Теона Тара, — выдержанно поправила я. — Назар Гордеевич, будь любезен, проводи меня к своему отцу. У меня к нему разговор, и не такой, что в моём роду были рыжие самки.
Он прожигал меня взглядом. Не старший, а это значит, не с ним будем разговаривать.
— Многоликую оставишь здесь, — твёрдо сказал Назар.
— Мамочка, нет, — тут же выкрикнула Веснушка.