Я настолько увлёкся самими чарами освещения, что почти полностью проигнорировал вопрос передачи магии между отдельными элементами конструкции. Если говорить совсем простым языком, фонарь у меня был, активатор тоже присутствовал, а вот нечто, что позволяло бы одному нормально взаимодействовать с другим, почему-то отсутствовало. Точнее, в моей голове эта часть работала просто великолепно, но кусок металла по какой-то причине категорически отказывался разделять мой оптимизм.
Пришлось возвращаться практически к самому началу и заново перестраивать связующий контур, стараясь при этом не повредить уже наложенные чары. Работа продвигалась медленно и требовала куда большей аккуратности, чем мне хотелось бы. Несколько раз я был вынужден исправлять собственные ошибки, а в какой-то момент вообще едва не уничтожил половину конструкции, после чего ещё добрых десять минут героически устранял последствия собственной «гениальности» и восстанавливал всё обратно.
Именно в этот момент до меня донёсся голос Симуса.
— Ладно, я всё-таки должен спросить. И давно он такой?
Я краем уха отметил начало разговора, но отрываться от работы не стал.
— Часа два с половиной, — ответил Гарри, мельком взглянув в мою сторону. — До этого выглядел почти нормально, но с тех пор признаков выздоровления не наблюдается.
— Нет, серьёзно, — не унимался Дин. — Рон добровольно проводит вечер за учебниками. Я просто пытаюсь понять, стоит ли нам уже сейчас звать мадам Помфри или ещё немного подождать.
— Я ставлю на проклятие, — уверенно заявил Симус. — Либо на последствия какого-нибудь особенно неудачного зелья. Думаю, близнецы снова что-то подсыпали ему в ужин.
— А может, он просто чем-то увлёкся? — осторожно предположил Невилл.
Последняя версия была ближе всего к истине. Хотя слово «увлёкся» всё же звучало слишком безобидно. Я, млять, просто помешался. Если посмотреть на меня со стороны, то сейчас я наверняка больше напоминал какого-нибудь безумного учёного: растрёпанные волосы, кровать, заваленная книгами и пергаментами, и совершенно нездоровый взгляд человека, который уже несколько часов подряд пытался заставить кусок металла начать выполнять его приказы. И самое тревожное заключалось в том, что меня это нисколько не смущало. Наоборот, чем дольше эта упрямая железяка отказывалась работать, тем сильнее мне хотелось всё-таки её дожать, чтобы она заработала так, как я хотел.
К этому моменту вопрос уже давно перестал сводиться к одному-единственному фонарику. Если у меня получится заставить работать эту простейшую конструкции, то, возможно, со временем получится создать и кое-что другое — то, о чём я впервые всерьёз задумался ещё после нападения на Чемпионате мира и с тех пор никак не мог выбросить из головы. В конце концов, если можно научить кусок металла светиться без участия волшебника, то почему нельзя заставить его выполнять что-нибудь ещё? Подавать сигнал об опасности, создавать защиту, предупреждать о приближении человека, хранить и высвобождать заранее подготовленные чары. Да мало ли что ещё.
Магия открывала тысячи самых разных возможностей, а количество существующих в мире заклинаний исчислялось, наверное, десятками тысяч. И если хотя бы малую их часть можно было превратить в предмет, способный работать самостоятельно, то перед волшебником открывалось практически бесконечное поле для экспериментов.
Честно говоря, именно эта мысль и не давала мне покоя. Чем больше я о ней думал, тем интереснее всё это становилось. Настолько интересным, что я едва не пропустил момент, когда очередное исправление наконец дало результат.
Сначала мне показалось, что я где-то ошибся, но затем металлическая поверхность слабо засветилась. Всего на одно короткое мгновение, однако этого оказалось достаточно. Я мгновенно выпрямился, снова активировал управляющие чары и на этот раз увидел уже уверенное ровное свечение — не слишком яркое, но вполне достаточное для чтения.
Несколько секунд я просто смотрел на работающий артефакт, после чего расплылся в блаженной идиотской улыбке. Отложив палочку, я провёл рукой над металлическим бруском, и свет тут же погас, затем повторил движение, и он снова загорелся. После этого я поставил его на тумбочку и отошёл на пару шагов. Через несколько секунд свечение исчезло, а стоило мне вновь взмахнуть рукой, как брусок послушно вспыхнул мягким светом.
Получилось. У меня действительно получилось. Да, впереди ещё оставалась целая гора работы, потому что систему активации предстояло дорабатывать, а надёжность конструкции вызывала слишком много вопросов, однако сейчас всё это казалось совершенно неважным. Главное заключалось в том, что эта штука работала.