Гарри удивлённо моргнул.
— В каком смысле?
Фред спокойно отпил тыквенного сока.
— В самом прямом. Грюм осмотрел весь класс и заявил, что теория без практики ещё никого ничему не научила.
— После чего выбрал одного беднягу, — тут же подхватил Джордж.
— Наложил на него заклинание и предложил всем остальным подумать, как это исправить.
Гарри едва не поперхнулся.
— Что?
Фред усмехнулся.
— Именно такой была и наша реакция.
— Практически слово в слово, — кивнул Джордж.
Гермиона нахмурилась.
— Подождите. А это вообще разрешено?
Близнецы переглянулись.
— Хороший вопрос.
— Очень хороший, — согласился Джордж, — и, между прочим, мы тоже его задавали.
Фред пожал плечами.
— Вот только Грюм, похоже, придерживается мнения, что если ученик хотя бы один раз столкнётся с настоящей опасностью, то уже никогда не забудет полученный урок.
— И, если честно, — добавил Джордж, — в его словах даже есть определённая логика.
— Хотя способы донести эту мысль он выбирает… весьма своеобразные.
— Очень своеобразные, — серьёзно кивнул Фред. — Настолько, что уже через десять минут урока половина класса сидела максимально собранной и внимательно слушала каждое его слово.
— А вторая половина, — продолжил Джордж, — была занята тем, что пыталась понять, не станет ли она следующей частью учебной программы.
Выслушав близнецов и спокойно доев завтрак, мы направились в кабинет Защиты от Тёмных Искусств. Пока мы шли по коридору, Гермиона на несколько секунд задумалась, а затем негромко произнесла:
— Надеюсь, профессор Грюм всё-таки не станет проводить у нас подобные уроки. Честно говоря, мне кажется, что использовать учеников в качестве наглядной демонстрации — не самый правильный метод обучения.
Я невольно усмехнулся.
— Гермиона, учитывая везение нашей троицы и всё то, что с нами обычно происходит, я практически уверен, что он не только проведёт подобный урок, но и обязательно выберет кого-нибудь из нас в качестве подопытного кролика.
Гарри тяжело вздохнул.
— Самое неприятное, что это звучит на удивление правдоподобно.
Гермиона недовольно покачала головой.
— Не говорите так. Иногда мне начинает казаться, что у нашей троицы какой-то нездоровый талант постоянно оказываться в центре неприятностей.
— Иногда? — одновременно переспросили мы с Гарри.
После этого все трое негромко рассмеялись и продолжили путь по коридору.
Мы вошли в кабинет, и на данный момент здесь ещё было совсем немного учеников. Времени до начала урока оставалось достаточно, поэтому мы спокойно расселись по своим местам, достали учебники и принялись ждать. Спустя некоторое время класс начал понемногу заполняться. На этот раз у нас был сдвоенный урок с Когтевраном, поэтому свободных мест становилось всё меньше и меньше.
Когда все наконец расселись, дверь кабинета распахнулась, и внутрь вошёл Грюм, постукивая по каменному полу своей деревянной ногой. Его волшебный глаз непрерывно вращался в глазнице, жил какой-то самостоятельной жизнью и без остановки метался из стороны в сторону, внимательно осматривая учеников.
Если честно, зрелище было слегка жутковатым. Нет, я прекрасно понимал, что глаз является магическим артефактом и ничего сверхъестественного в этом нет, однако подсознанию объяснить подобные нюансы было гораздо сложнее. Всё-таки видеть человека, у которого один глаз спокойно смотрит прямо на тебя, а второй в этот же момент изучает потолок, стену и, кажется, заглядывает кому-то за спину, было весьма непривычно.
Грюм остановился возле стола, достал фляжку, сделал небольшой глоток и только после этого заговорил:
— Хорошо. Очень хорошо. Никто не опоздал. Это уже радует. Значит, хотя бы часть из вас обладает зачатками инстинкта самосохранения. Остальным, надеюсь, удастся обзавестись им до конца учебного года.
Несколько учеников удивлённо переглянулись, но сам Грюм на это никак не отреагировал.
— Итак, четвёртый курс. Большинство преподавателей сейчас наверняка предложили бы вам открыть учебники, записать тему урока и приготовиться внимательно слушать. Забудьте об этом.
Он резко стукнул тростью по полу.
— Потому что настоящий противник никогда не станет ждать, пока вы закончите вести конспект.
После этого Грюм подошёл к своему столу и принялся выкладывать на него различные предметы: перо, кольцо, кошелёк, медальон, карманные часы и самое обычное на вид письмо.