Надо отдать этому человеку должное: словарный запас у него был воистину грандиозным. Способность настолько изящно и завуалированно втоптать студента в грязь, формально не произнеся ни единого бранного слова, причём так, чтобы к этому было практически невозможно придраться, заслуживала определённого восхищения. Подобный талант вполне можно было выделять в статус отдельной магической дисциплины.
И вот сейчас, в один «прекрасный» субботний день, сопровождаемый не менее «прекрасной» осенней шотландской погодой в виде непрекращающегося пронизывающего дождя, мы с Гарри и Гермионой сидели на берегу Чёрного озера, устроив небольшой пикник. Да, метеоусловия к отдыху на природе явно не располагали, но, будем честны, погода в данном регионе в принципе никогда не располагает к подобным вещам. Если ждать в Шотландии идеального солнечного дня без осадков, можно благополучно досидеть до выпуска, так ни разу и не покинув стен замка. Поэтому, чтобы не промокнуть под этим «лёгким» освежающим ливнем, мы трансфигурировали из валявшихся неподалёку веток вполне приличный навес, а затем наложили на него водоотталкивающие чары.
Гарри сидел рядом и о чём-то увлечённо беседовал с Гермионой. За эти три недели моих непрекращающихся и весьма целенаправленных подколок их так называемые зарождающиеся отношения наконец-то начали, пусть и со скрипом, сдвигаться с мёртвой точки. Либо они действительно кое-что для себя осознали, либо всерьёз начали опасаться, что я всё-таки приведу свою недавнюю угрозу в исполнение. А ведь я вполне серьёзно пообещал Гарри, что если он и дальше продолжит тянуть время и делать вид, будто ничего не происходит, то я просто запру их двоих в каком-нибудь заброшенном классе на верхних этажах как минимум на сутки. Исключительно для того, чтобы они могли спокойно, без свидетелей, нормально поговорить и наконец во всём разобраться.
Судя по всему, перспектива стать заложниками моего сводничества подействовала на них весьма отрезвляюще, потому что теперь они явно старались проводить больше времени друг с другом и всё реже нуждались в моём обязательном присутствии. Конечно, Гарри по-прежнему временами феноменально тупил, а наша правильная кудряшка регулярно краснела, но именно этим своим неловким подростковым смущением они весьма гармонично дополняли друг друга.
Я же тем временем сидел чуть поодаль и продолжал работать над своим сигнальным артефактом. Хотя словом «работа» этот процесс назвать было довольно трудно, потому что гораздо больше он напоминал какую-то особенно изощрённую форму самоистязания.
Своё творение я ласково окрестил «Тревожником», хотя название «Убийца нервов» подходило ему куда больше. С этой задачей кусок зачарованного металла справлялся просто превосходно, с завидным постоянством доводя меня до состояния лёгкого нервного тика.
За прошедшие три недели дело, конечно, сдвинулось с мёртвой точки, но до сколько-нибудь серьёзного результата было ещё очень далеко. И проблема заключалась вовсе не в моей глупости, а скорее наоборот: теоретическую базу я уже начал понимать более чем сносно. До уровня седовласого мастера-артефактора мне, разумеется, было ещё плыть и плыть, но из категории безнадёжных профанов я определённо выбрался. Вся беда заключалась в том, что мой параноидальный прибор, как я и опасался с самого начала, реагировал абсолютно на всё подряд. А поскольку мы находились в Хогвартсе, магия здесь буквально присутствовала повсюду. Артефакт с завидным упорством находил угрозу там, где её не было: в пролетающих мимо призраках, болтающих между собой портретах, перемещающихся лестницах и, кажется, даже в чересчур сильных порывах сквозняка.
В качестве физической основы для сигналки я выбрал самое обычное, ничем не примечательное металлическое кольцо. При нормальной, адекватной настройке оно должно было лишь слегка и ненавязчиво сжимать мой палец в случае появления реальной угрозы. Однако, поскольку эта железка с неподдельным энтузиазмом реагировала на любой магический чих то мой несчастный палец уже успел приобрести стойкий и весьма нездоровый синеватый оттенок от постоянного сдавливания. Но самым издевательским было даже не это. Этот кусок металла, чёрт бы его побрал, исправно и весьма болезненно срабатывал даже в те моменты, когда заклинания применял я сам, видимо, на полном серьёзе считая меня главной угрозой для моей же собственной безопасности.
Я тяжело вздохнул, потирая ноющий палец, и уставился на тускло поблёскивающее металлическое кольцо, лежавшее у меня на ладони.