Он чуть крепче приобнял Гермиону за плечи.
— А если тебя это так смущает, можешь спокойно отвернуться к озеру и продолжать свои крайне серьёзные отношения с этим кольцом. Судя по тому, сколько времени вы проводите вместе, у вас там уже всё довольно серьёзно.
Я с искренним уважением посмотрел на нашего очкарика. Надо же. А Избранный, оказывается, наконец-то начал отращивать зубы не только в стычках с Малфоем, но и в личной жизни.
— Никаких проблем, Гарри, — примирительно поднял я руки, старательно пряча довольную улыбку. — Сидите как хотите. Просто заранее предупреждаю: если вы вдруг начнёте целоваться, я немедленно сниму с вас обоих баллы за неподобающее поведение в общественных местах. И мне совершенно плевать, что у меня нет на это никаких полномочий.
— Рональд! — возмущённо пискнула Гермиона, окончательно став похожей по цвету на спелый помидор, и тут же потянулась за палочкой.
В этот момент кольцо на моём пальце неожиданно едва заметно дёрнулось, и я удивлённо опустил на него взгляд. Ну надо же. Именно сейчас эта железка решила заработать. Значит, десятки часов расчётов, бессонные вечера, бесконечные схемы и почти три недели мучений всё-таки не прошли совсем уж впустую, потому что смертельную угрозу в лице разъярённой Гермионы Грейнджер артефакт определил практически безупречно и с поразительной скоростью.
Что ж, вынужден признать: возможно, мой «Тревожник» с самого начала был гораздо умнее своего создателя.
Глава 21
Среди ночи меня разбудил шум, доносившийся со стороны кровати Гарри. Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы окончательно проснуться и понять, что происходит. За окном по-прежнему царила непроглядная темнота, а сам Гарри беспокойно метался по постели, постоянно ворочался, что-то неразборчиво бормотал себе под нос и временами резко вскрикивал, словно ему снился какой-то кошмарный сон.
Из его горла вырывался хриплый, сбивчивый шёпот, но разобрать что-либо было почти невозможно. Я сумел различить лишь несколько отдельных слов, среди которых отчётливо прозвучали «Хвост» и «Нагайна».
Я быстро поднялся с кровати, подошёл к нему и несколько раз потряс его за плечо.
— Гарри. Гарри, просыпайся. Давай, Гарри!
Он резко вскрикнул, распахнул глаза и рывком сел на кровати. Лицо у него было бледным, рубашка насквозь промокла от пота, а правую руку он прижал ко лбу, крепко зажав пальцами шрам и болезненно скривившись. Несколько секунд Гарри тяжело дышал и растерянно оглядывался по сторонам, словно пытаясь сообразить, где находится и что вообще происходит.
Наконец он сфокусировал на мне взгляд.
— Рон??
Мне, конечно, очень хотелось ответить что-нибудь в духе: «Нет, блин, Дед Мороз пришёл проверить, хорошо ли ты себя вёл», но я вовремя прикусил язык. Момент был явно неподходящим для подобных шуток, да и вряд ли Избранный магического мира вообще понял бы отсылку к суровому старику с бородой. Поэтому я решил всё-таки обойтись без неуместного юмора.
— Да, это я, Гарри. Что случилось? — тихо спросил я.
Хотя, если честно, я уже прекрасно догадывался, что именно произошло. Просто этот нюанс канона почему-то совершенно вылетел у меня из головы. За этот месяц, что мы прожили в одной комнате с начала учебного года, да и за всё то время, пока Гарри гостил у нас летом, ничего подобного с ним вроде не происходило, поэтому я банально расслабился, совсем позабыв о его телепатической связи с одним безносым Тёмным Лордом.
Гарри несколько секунд внимательно смотрел на меня, после чего окинул взглядом спальню, убедился, что Невилл, Симус и Дин крепко спят, молча слез с кровати и коротко махнул мне рукой, предлагая следовать за ним.
Мы тихо спустились в общую гостиную Гриффиндора, которая, что вполне ожидаемо, сейчас пустовала, потому что была глубокая ночь и все нормальные люди в это время мирно спали.
Мы сели на диван. Гарри сразу ссутулился, упёрся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях. Прошла, наверное, целая минута, прежде чем он наконец заговорил, понизив голос почти до шёпота:
— Рон… то, что я сейчас тебе расскажу, должно остаться только между нами. Никто не должен об этом узнать.
Я слегка нахмурился.
— Вообще никто? Даже Гермионе нельзя сказать?
Гарри поднял голову и серьёзно посмотрел на меня.
— Тем более Гермионе. Ты же знаешь, как она отреагирует. Сразу начнёт переживать, побежит в библиотеку искать информацию, пытаться во всём разобраться или, чего доброго, сразу отправится к Дамблдору. А я этого не хочу… Не хочу, чтобы она лишний раз волновалась и поднимала переполох. Особенно сейчас.