Я уже развернулся, собираясь идти к кабинету директора, но вдруг вспомнил одну важную вещь.
— Гарри, Карта Мародёров у тебя с собой?
— Она в спальне. А что?
— Одолжишь её на пару часов? Она мне сейчас очень пригодится. Обещаю вернуть.
— Эм… Ну ладно, сейчас принесу, — кивнул он.
Гарри скрылся за портретом, а Гермиона, так и не отпуская его руку, послушно пошла следом. Что ж, возможно, мои резкие слова действительно заставят её переосмыслить своё поведение. Искренне надеюсь, что это пойдёт их отношениям только на пользу. Через пару минут Гарри вернулся и протянул мне Карту. Я поблагодарил его, спрятал её во внутренний карман мантии и направился к кабинету Дамблдора.
Поднявшись к кабинету директора, я обнаружил, что дверь уже была приоткрыта. Войдя внутрь, сразу увидел Дамблдора и, ну куда же без него, Северуса Батьковича Снейпа собственной персоной. Лицо зельевара было мрачнее обычного, а взгляд, которым он меня встретил, не обещал ничего хорошего. Чуяла моя пятая точка, что не будь мы сейчас в кабинете директора, меня бы уже пустили на ингредиенты для какого-нибудь особенно мерзкого зелья.
— Проходи, Рон, присаживайся, — спокойно произнёс Дамблдор, указывая на свободное кресло перед своим столом. — Не желаешь лимонную дольку?
Отказываться я не стал и без лишних раздумий взял предложенное угощение. Закинув дольку в рот, я с некоторым удивлением признал, что она оказалась весьма вкусной. Неудивительно, что директор так их любит.
Дамблдор, наблюдая за тем, как я жую его любимое лакомство, выглядел вполне довольным. Чего никак нельзя было сказать о Снейпе, который лишь едва заметно скривился.
— Мальчик мой, признаюсь честно, мне было бы крайне любопытно узнать, каким образом тебе удалось пройти мою возрастную черту. Однако сейчас меня гораздо больше интересует совсем другой вопрос.
С этими словами директор открыл ящик стола, достал небольшой свёрнутый листок пергамента и развернул его передо мной. Это была моя записка, которую я утром вложил в эссе для Снейпа.
— Именно благодаря ей сегодняшний вечер оказался куда интереснее, чем мог бы быть… Не хочешь объяснить, что всё это значит? — Голос директора по-прежнему звучал спокойно, но из его глаз исчезла прежняя весёлость.
В этой записке я прямым текстом написал, что Гарри Поттер находится в смертельной опасности из-за скрывающегося в стенах школы одноглазого Пожирателя Смерти, и добавил, что у меня есть неопровержимые доказательства.
Дамблдор сложил пальцы домиком и внимательно посмотрел на меня поверх очков.
— Итак, Рон, я жду твоих объяснений. Потому что одно дело — невинные шутки и проделки с Кубком Огня, и совсем другое — подобные обвинения. Заявить, что под личиной одного из профессоров нашей школы и уважаемого бывшего мракоборца скрывается опасный преступник, — крайне серьёзный шаг.
— Невинные шутки? — холодно произнёс Снейп. — Позвольте не согласиться, директор. Сегодня мистер Уизли выставил на посмешище защитные чары, сорвал церемонию выбора чемпионов, поставил под сомнение правила Турнира, а теперь обвиняет одного из преподавателей Хогвартса в том, что тот является Пожирателем Смерти. Я бы не назвал это невинной шалостью.
— Северус, — спокойно остановил его Дамблдор. — Мы ещё успеем обсудить поступки мистера Уизли. Сейчас я хочу выслушать его.
Снейп недовольно поджал губы, но больше ничего не сказал. Дамблдор вновь посмотрел на меня.
— Итак, Рон. Начинай с самого начала. И постарайся ничего не упустить.
Я смотрел на Дамблдора и не чувствовал ровным счётом ничего. Точнее, моё кольцо не улавливало ни малейшего негатива или скрытой угрозы в мою сторону. Даже от Снейпа, несмотря на его откровенно недовольное лицо, фон оставался нейтральным.
Возможно, дело было в том, что оба сидящих передо мной мага являлись сильнейшими легилиментами и настолько хорошо контролировали свои эмоции, что артефакт попросту ничего не мог распознать. Но, с другой стороны, вспоминая канон, я знал, что Дамблдор не был злодеем. Да, старик всегда играл в свою игру, мастерски плёл интриги и не спешил делиться своими планами даже с ближайшими соратниками. Но намеренно вредить собственным ученикам? Нет, это было не про него. Достаточно вспомнить историю с Драко Малфоем, которому предстояло его убить. Дамблдор не стал этому препятствовать, хотя прекрасно понимал, к чему всё идёт. Да, к тому моменту он и сам был обречён, но сути дела это не меняло. Сейчас ему можно было довериться. Хотя бы частично.
Тяжело вздохнув, я рассказал им всё. Ну… почти всё, если быть совсем уж точным.