В комнате мгновенно, словно по щелчку невидимого рубильника, повисла оглушительная тишина. Гермиона медленно подняла голову от своих бумаг и уставилась на меня с таким непередаваемым выражением лица, будто я не учебники попросил, а только что на полном серьезе предложил ей заняться какими-то непотребствами прямо посреди Большого зала.
Но куда более бурной и показательной оказалась реакция моих братьев. Фред застыл изваянием, комично приоткрыв рот, а перо, которое он до этого машинально вертел в пальцах, выскользнуло и упало ему на колено. Джордж выглядел ничуть не менее ошарашенным: его брови взлетели куда-то под самую линию роста волос, а на лице застыло такое неподдельное, искреннее изумление, словно я только что во всеуслышание заявил, что семейство Уизли тайно унаследовало контрольный пакет акций банка «Гринготтс» и отныне мы сказочно богаты.
— Повтори… — с трудом выдавил из себя Фред, недоверчиво моргнув. — Ты сейчас… добровольно… попросил у Гермионы конспекты?
— И не просто дать списать домашку, а выдать «все материалы, если можно»?! — Джордж в притворном ужасе схватился за сердце, драматично заваливаясь на спину. — Рон, моргни дважды, если ты под Империусом! Или, может, тебя кто-то проклял заклятием Подмены? Мы должны немедленно вызвать бригаду целителей из Мунго, наш брат сломался!
Гермиона тоже наконец-то обрела утраченный дар речи, хотя голос ее все еще звучал крайне неуверенно и ошеломленно:
— Ты… ты это сейчас серьезно? За все те годы, что мы знаем друг друга, ты ни разу не попросил у меня конспекты по своей собственной воле. Максимум, на что тебя хватало, — это жалобно выпрашивать мое эссе, чтобы наспех списать его в гостиной в самый последний момент перед уроком. А теперь ты вдруг приходишь и просишь вообще все сразу?
Я лишь сдержанно кивнул, старательно сохраняя на лице самое спокойное и уверенное выражение, на которое только был способен.
— Да, абсолютно серьезно. Я просто решил, что в этом учебном году мне стоит основательно подтянуть как теорию, так и практику. Мне надоело постоянно плестись в хвосте и выглядеть идиотом на фоне остальных.
Гермиона медленно откинулась на спинку стула, все еще глядя на меня с огромным недоверием, в то время как на ее щеках начал проступать легкий румянец.
— С тобой точно все в порядке? Тебя там в саду гномы не покусали? Или, может, тебя и в самом деле подменили?
— Никто меня не подменял, — ответил я с легкой усмешкой, спокойно выдерживая ее сканирующий взгляд. — Просто у меня было много времени подумать этим летом. Я прекрасно понимаю, что дальше программа будет становиться только сложнее, и было бы верхом глупости продолжать беспечно надеяться исключительно на слепую удачу и врожденный талант Гарри. Мне нужно становиться самостоятельнее и, в конце концов, быть более полезным. Поэтому я и прошу твоей помощи. Если ты, конечно, не против поделиться материалами.
Близнецы тем временем продолжали пялиться на меня так, будто перед ними внезапно материализовалось восьмое чудо света в натуральную величину.
— Это поистине исторический момент, господа, — торжественно объявил Джордж, обращаясь к невидимой аудитории. — Немедленно запишите эту дату в анналы истории: сегодня Рональд Билиус Уизли по собственной воле решил начать учиться.
— Нужно срочно предупредить маму, — со всей серьезностью подхватил Фред. — И заодно подготовить флакон с нюхательной солью, потому что от такого счастья она гарантированно грохнется в обморок.
Гермиона, продолжая пристально изучать мое лицо в тщетных попытках обнаружить хоть какой-то скрытый подвох или признак затянувшегося розыгрыша, в конце концов сдалась. Она поднялась со своего места, подошла к открытому сундуку и начала бережно доставать оттуда толстые, исписанные мелким почерком тетради в аккуратных обложках.
— Хорошо… — неуверенно протянула она. — Вот подробные конспекты по чарам за все три года, здесь лежат лекции по трансфигурации, а вот это — защита от темных искусств. Я также добавила сюда свои отдельные заметки по сложным заклинаниям. Только умоляю тебя: пожалуйста, не загибай страницы, не читай за едой и не оставляй на них пятен от тыквенного сока! И если ты вдруг что-то не поймешь в схемах — лучше не экспериментируй, а сразу спроси у меня.
Она с явной неохотой протянула мне довольно внушительную и тяжелую стопку пергаментов. Но когда я бережно принял этот бесценный академический груз, взгляд Гермионы заметно потеплел, и она добавила уже гораздо мягче: