Вот это… новости. Похоже, наш последний разговор с Флёр всё-таки не прошёл бесследно и повлиял на неё куда сильнее, чем я мог предположить. Вот только прямо сейчас назревала одна серьёзная проблема. Всё то время, пока Габриэль с детской непосредственностью выдавала семейные тайны, она смотрела исключительно на меня и даже не замечала, что происходит с её старшей сестрой.
А вот я замечал.
И, судя по выражению лица Флёр, в этот момент она отчаянно мечтала кого-нибудь придушить голыми руками. К счастью, объектом её убийственного взгляда на этот раз был не я. Сначала француженка стремительно побледнела, а затем густо покраснела от стыда, осознав, что её собственная сестра не только подглядывала за всеми этими вечерними прогулками, но ещё и без малейших колебаний пересказала всё это мне.
— Габриэль… ma chère сестра… — голос Флёр внезапно стал пугающе тихим.
От этой интонации мурашки дружным строем пробежали по спине не только у меня, но, судя по всему, и у самой Габриэль.
— Иди ко мне. Я дам тебе твоих любимых сладостей, и ты пойдёшь в карету. Тебе уже пора отдыхать.
Девочка наконец перевела взгляд на сестру, мгновенно оценила масштаб надвигающейся катастрофы и тихонько пискнула:
— Oh là là…
С ловкостью маленькой обезьянки она в одно мгновение перебралась с моих рук мне на спину, крепко прячась за моей фигурой.
— Mon chevalier, спасай меня! — крикнула она из-за моего плеча. — И не вздумай ей верить! Нет у неё никаких сладостей — она ещё вчера все последние съела, а новых так и не купила!
Этим неосторожным уточнением Габриэль лишь подлила масла в уже полыхающий огонь.
— ГАБРИЭЛЬ!!! — одновременно прорычала и прошипела Флёр, окончательно теряя остатки самообладания.
А потом я вдруг почувствовал тёплое дыхание возле самого уха и услышал, как Габриэль тихонько, почти беззвучно захихикала.
Я на мгновение замер, пытаясь осмыслить весь абсурд происходящего. Знаете… Мне начинает казаться, что титул главного тролля Хогвартса по праву принадлежит вовсе не мне и даже не Гарри. Только что его с блеском завоевала одна маленькая светловолосая француженка.
Не выдержав, я громко рассмеялся.
— Что тут смешного?! — возмущённо воскликнула Флёр, сверля меня гневным взглядом.
— Да просто вы обе… невероятно смешные, — ответил я, всё ещё улыбаясь.
Потянувшись назад, я осторожно снял Габриэль со своей спины и поставил рядом с собой.
— Не бойся, моя принцесса, я не дам тебя в обиду. Но нам с твоей сестрой, похоже, и правда нужно поговорить. Так что ступай в карету.
Габриэль недовольно надула губы и подняла на меня требовательный взгляд.
— Promis? Ты ведь завтра придёшь ко мне, и мы снова пойдём гулять?
— Promis.
Она тут же просияла, крепко обняла меня ещё раз, после чего ловко проскользнула мимо всё ещё красной от смущения и злости Флёр прямо в карету.
Когда дверь кареты за Габриэль захлопнулась, Флёр ещё несколько секунд молча стояла на месте, пытаясь взять себя в руки. Я чувствовал, что если ей немного не помочь, то молчание затянется надолго. А помогать людям я обычно предпочитал одним проверенным способом…
— В своё оправдание могу сказать, что по ночам я твоё имя не шепчу. И всё, что ляпнул мой очкастый друг, — наглая ложь, — невозмутимо нарушил я тишину.
Флёр несколько секунд непонимающе смотрела на меня, а затем уголки её губ всё-таки дрогнули в кривой, немного смущённой улыбке.
— Даже не знаю, радоваться мне этому или сожалеть, — протянула она, глядя на меня с таким выражением, словно перед ней оказалось какое-то редкое и крайне любопытное магическое создание, которое ей очень хотелось получше изучить. — В любом случае давай отойдём немного подальше. Во избежание лишних ушей.
Она выразительно покосилась на карету, где, скорее всего, уже прилипла к окну одна белобрысая шпионка, затем развернулась и направилась в сторону берега.
Мы дошли до того самого места у кромки воды, где сидели во время нашей прошлой встречи. Флёр опустилась на траву и лёгким кивком указала мне на место рядом с собой. Я молча сел, и несколько минут мы просто сидели в тишине. Наконец она подняла с берега небольшой гладкий камешек и, задумчиво повертев его в пальцах, бросила в воду.
— Я хотела бы извиниться перед тобой, Рон.