Если я правильно расшифровал её многообещающий взгляд, то вариантов развития событий у меня оставалось ровно два. Либо я прямо сейчас добровольно, чистосердечно и в мельчайших подробностях рассказываю ей абсолютно всё: кто этот мужик, откуда он взялся, почему превращается в гигантскую собаку и какого чёрта мы вообще здесь устроили. Либо… прямо на этой живописной поляне, под прекрасными парящими фонариками, меня тихо и без лишнего шума прикопают. Причём Сириус, судя по его блаженной физиономии, помогать мне даже не подумает. Скорее, ещё и лопату Флёр подаст, чтобы побыстрее закончить и отправиться искать свою прекрасную француженку.
А я так и стоял как вкопанный, лихорадочно пытаясь понять, с чего вообще начать. Нет, ну серьёзно, вот как, скажите на милость, объяснить раздражённой и слегка… ладно, кого я пытаюсь обмануть, до крайности взбешённой девушке, что с её младшей сестрой только что носился по лесу тридцатилетний беглый преступник? Человек, которого вся магическая Британия считает предателем, опасным рецидивистом и массовым убийцей? Да стоит мне только произнести слово «Азкабан», как она меня… ну, наверное, туда же и отправит. По частям. И в разных посылках.
Тем временем Флёр стояла прямо напротив меня, скрестив руки на груди, и молча сверлила меня таким взглядом, что даже Волдеморт, пожалуй, предпочёл бы сейчас оказаться где-нибудь в другом месте. Она нервно постукивала носком туфельки по траве и терпеливо ждала. Я молчал. Она продолжала ждать. Я всё ещё молчал. И с каждой секундой этого затянувшегося молчания вейла закипала всё сильнее.
— Ну и долго я ещё буду ждать, Уизли?!
О как… Если она перешла на официальный тон и назвала меня по фамилии, значит, дело действительно дрянь. Пахнет жареным гриффиндорцем. Ну что ж, была не была. Как там говорили гладиаторы в Древнем Риме, выходя на арену? «Идущие на смерть приветствуют тебя!» Обычно после этого их довольно быстро съедали львы. Меня же собиралась сожрать разъярённая французская вейла. Если честно, принципиальной разницы я не видел.
Но помощь неожиданно пришла оттуда, откуда её вообще никто не ждал. Знаете, как бывает в этих пафосных эпических фильмах? Главный герой уже стоит на коленях, истекает кровью, силы окончательно покинули его, и вот-вот огромный финальный босс нанесёт смертельный удар… И тут — бац! — в самый последний момент из кустов появляется долгожданное подкрепление. Правда, в моём случае в роли героической кавалерии выступил полуголый, измазанный собственной кровью и паучьей слизью беглый зек. Но, как говорится, дарёному коню в зубы не смотрят.
— Простите меня, мисс Делакур, — неожиданно заговорил Сириус, делая шаг вперёд и заслоняя меня собой. — Но, пожалуй, объясняться должен именно я. Ваш молодой человек здесь, по сути, ни в чём не виноват. Он всего лишь выполнил мою личную просьбу и сохранил мою тайну. Если кого-то в этой истории и стоит винить, то исключительно меня. Поэтому прошу вас: уделите мне несколько минут и выслушайте всё до конца. А уже потом решите, что делать с вашим парнем — казнить его на месте или всё-таки помиловать.
Сириус слегка улыбнулся.
Флёр нахмурилась, несколько секунд внимательно смотрела на Сириуса, затем перевела испепеляющий взгляд на меня, после чего снова вернулась к нему. В её глазах всё ещё сверкали молнии, но, кажется, гроза понемногу начала стихать.
— Хорошо. Я вас выслушаю, — холодно произнесла она, скрестив руки на груди.
Ну а Сириус начал рассказывать. Кто он такой, откуда взялся, почему находится в столь потрёпанном состоянии, с какого перепугу бегает по лесам в облике гигантской собаки и по какой причине вообще скрывается от властей. В общем, выложил практически всю свою подноготную: начиная с последних лет в Хогвартсе, предательства Хвоста и гибели Поттеров. Естественно, в сильно сокращённом варианте, без кровавых подробностей, но суть передал предельно ясно.
Эта импровизированная исповедь растянулась почти на целый час. На час, Карл! Целый час я торчал рядом, словно никому не нужный торшер, пока беглый преступник объяснял моей девушке, почему он не собирался жрать её младшую сестру.