Практически силой мы с Гарри отконвоировали нашего скользкого аристократа к месту назначения. Им оказался самый дальний, самый грязный и давно заброшенный класс на одном из верхних этажей. Судя по вековым залежам пыли и гигантским плантациям паутины, сюда не заходила ни одна живая душа со времён основания Хогвартса.
Драко окинул взглядом этот филиал пыльного постапокалипсиса и побледнел ещё сильнее. Видимо, его аристократический мозг пришёл к вполне логичному выводу и решил, что мы притащили его сюда исключительно для того, чтобы тихо прикончить, а потом прикопать где-нибудь под партой. Увы, он ошибался. Ну, точнее, ошибался лишь наполовину. Прикончим его, конечно, не мы… а вот насчёт моей милой сестрёнки… тут уже всё зависело от его дальнейшего поведения.
— Ну и зачем мы сюда припёрлись? — спросил Малфой, брезгливо отряхивая мантию, хотя пыли на ней пока ещё даже не было. — Что вы двое собрались со мной делать?
— Я же тебе уже объяснял: устраиваем твою счастливую личную жизнь. Считай, что это твой эксклюзивный президентский люкс для первого романтического свидания. Оцени же наконец масштаб нашей заботы!
Я обвёл рукой пыльные парты, словно представлял ему королевские покои.
— Так, а теперь стой здесь, жди и никуда не уходи. Мы с Гарри пока постоим снаружи.
Малфой лишь презрительно фыркнул и закатил глаза.
— Я вообще-то нахожусь в классе с одним-единственным выходом, Уизли. Куда я, по-твоему, отсюда могу уйти? В окно, что ли? Идиот.
Оставив его наслаждаться эстетикой паутины, мы с Гарри вышли в коридор и прикрыли за собой дверь.
Прошло минут пять.
— Блин, что-то Гермионы долго нет, — пробормотал Поттер, вглядываясь в полумрак коридора. — Неужели у неё ничего не получилось? А вдруг Джинни что-то заподозрила?
Я посмотрел на Избранного долгим, сочувствующим взглядом.
— Гарри, друг мой наивный, ты, видимо, до сих пор не осознал всей разрушительной мощи собственной девушки. Запомни одну простую истину: когда Гермиона Грейнджер берётся за дело с её целеустремлённостью, подогретой жгучей жаждой женской мести, само мироздание в ужасе отступает в сторону и нервно курит в сторонке. У неё в принципе не может «не получиться». Вопрос сейчас не в том, приведёт ли она Джинни. Главный вопрос в том, что именно Гермиона успела пообещать ей, чтобы добровольно заманить сюда.
Будто в подтверждение моих слов, в дальнем конце коридора послышались шаги и девичьи голоса. Через несколько секунд из-за угла появились Гермиона и Джинни.
— Гермиона, я вообще не понимаю, что такого срочного и секретного ты хотела мне здесь показать? — недовольно бубнила мелкая, следуя за ней.
Джинни подняла глаза, увидела нас с Гарри, подпирающих дверь заброшенного класса, и резко затормозила. Прищурившись, она перевела подозрительный взгляд на Гермиону, потом снова посмотрела на нас.
— Так. А что здесь происходит? Я не поняла, что вы уже задумали? В какую очередную неприятность вы пытаетесь меня втянуть?!
Я шагнул ей навстречу и включил режим умудрённого жизнью старца.
— Джинни, сестрёнка моя любимая, свет очей моих, мы здесь не для того, чтобы втягивать тебя в неприятности. Мы всего лишь скромные посланники самой судьбы! Мы узрели заблудшую душу, страждущую во мраке собственных неразделённых чувств, и решили, что вселенная не терпит подобного дисбаланса. Понимаешь, порой всем нам нужен лишь крошечный, едва заметный толчок в правильном направлении, чтобы обрести истинное счастье и…
Не дав её мозгу окончательно переварить этот возвышенный словесный понос, я резко дёрнул дверь, распахнул её, схватил сестру за плечи и буквально втолкнул внутрь, прямо на ошарашенного Малфоя.
— Совет вам да любовь, голубки! — радостно пропел я и с грохотом захлопнул дверь прямо перед её носом.
— Гермиона, живо накладывай все запирающие чары, какие только знаешь! Коллопортус, анти-Алохомору, печать крови, да хоть проклятие египетской мумии, только запри её намертво!
Пока Гермиона лихорадочно взмахивала палочкой, накладывая один слой магической защиты за другим, я принялся подпирать дверь плечом и судорожно оглядываться в поисках чего-нибудь достаточно тяжёлого.
— Нужно укрепить физически! — пыхтел я, пытаясь подтащить к двери какой-то старый манекен в доспехах. — Надо постараться как следует, иначе эта рыжая бестия просто вынесет дверь какой-нибудь Бомбардой!
Я прислонился спиной к закрытой двери и смахнул пот со лба.