— Это… поразительно, — выдохнула Рита.
— Но рукоделие — лишь начало. Второе его страстное увлечение — собаки.
— Большие или маленькие?
— Все! — уверенно ответил я. — Хотя особое место в его сердце занимают декоративные породы. Вы бы видели, с какой отцовской нежностью он расчёсывает им ушки, купает их в душистых шампунях, прыскает французскими духами и завязывает на хохолках шёлковые бантики.
— Шёлковые бантики?! — ахнула Скитер, и её глаза вспыхнули хищным огнём.
— Именно. И обязательно добавьте, что Сириус Блэк — тонкий ценитель эстетики, которому жизненно необходимо женское тепло, домашний уют и немного заботы о себе. Утренний овсяный отвар, регулярные косметические маски, компрессы для лица, шампуни от блох с ароматными экстрактами альпийских лугов и, разумеется, гламурные розовые ошейники с маленькими колокольчиками. Он считает, что после стольких лет страданий наконец заслужил право немного пожить для себя.
Перо Риты едва не прожгло пергамент насквозь.
— Мистер Уизли… — прошептала она. — Вы хотите сказать, что этот человек всё это время скрывал от общественности столь… нежную натуру?
— К сожалению, да. Но есть и ещё одна трагическая деталь, о которой общественность обязана знать.
Рита подалась ко мне всем телом.
— Какая?
Я выдержал небольшую паузу и понизил голос:
— Сириус отчаянно хочет жениться.
Перо Риты издало пронзительный писк.
— Он ищет невесту?!
— Не просто ищет. Он буквально ждёт её, — подтвердил я с предельно серьёзным лицом. — Так прямо и укажите в заголовке на первой полосе: «Сириус Блэк открыт для предложений!» Если в Британии осталась хоть одна одинокая, строгая, энергичная ведьма — желательно властная женщина с солидным жизненным опытом и навыками укрощения строптивых холостяков, — Сириус Блэк с трепетом и надеждой ждёт её совиную почту.
— А где ей ему писать?!
— Площадь Гриммо, дом двенадцать. Он лично ответит на каждое письмо. Более того, каждой кандидатке обещал прислать свитер собственного вязания.
Рита несколько секунд молча смотрела на меня, а затем её лицо озарилось выражением человека, нашедшего золотую жилу.
— Мистер Уизли… Это не просто статья. Это бомба! Это сенсация века! — Она лихорадочно свернула пергамент, прижала его к груди и довольно облизнулась. — Завтрашний выпуск «Ежедневного пророка» раскупят до последнего экземпляра ещё до рассвета!
Я скромно улыбнулся и слегка склонил голову.
— Всегда рад послужить объективной и честной журналистике.
Когда Скитер на всех парах умчалась из зала, выбивая искры каблуками, ко мне подошёл Гарри, которого я до этого даже не заметил. Он был подозрительно бледен и смотрел на меня со смесью страха и опаски.
— Рон… — прохрипел Поттер. — Мне кажется, это было слишком. Ты же понимаешь, что завтра к Гриммо слетится половина одиноких женщин Британии?! Его просто похоронят под горами любовных писем и подарков!
— А нечего было сливать Скитер информацию про меня и делать из меня всенародного героя за моей спиной, — с чувством глубокого удовлетворения ответил я, скрестив руки на груди. — Месть — это блюдо, которое подают… с розовыми бантиками и вязальными спицами. Ах да, Гарри, кстати, спасибо тебе за то, что сказал мне, что Сириус снял защиту со своего дома и теперь приводит его в порядок. Теперь письма точно найдут своего адресата. А теперь марш проверять, отправил ли Добби первую партию премиального шампуня от блох! Наш «розовый вязальщик» должен быть во всеоружии к прилёту первых сов, а то вдруг не успеет лично связать шарф для каждой своей поклонницы.
Я посмотрел на стоящую рядом с ним Гермиону и тяжело вздохнул. Ладно, пора выходить из роли.
— Шучу. Ничего проверять не надо. Оставайся рядом со своей девушкой, развлекай её, а то ещё обидится. Скоро всё начнётся.
Я наклонился к Гарри и тихо прошептал ему на ухо:
— И, кстати, надеюсь, ты уже сказал Гермионе, что она сегодня невероятно красиво выглядит и что ей очень идёт это платье?
Постепенно Большой зал заполнялся не только студентами, но и преподавателями, судьями и почётными гостями. Сквозь толпу к преподавательскому столу величественно проплыла мадам Максим, возвышаясь над остальными словно гора. Следом прошествовал Игорь Каркаров со своей кислой и подозрительной физиономией, а затем, сияя как новенький галлеон и лучась энтузиазмом, проскочил Людо Бэгмен. В общем, постепенно весь судейский состав и почётные гости заняли свои места.
Вскоре сквозь гомон толпы к нам целенаправленно пробилась профессор Макгонагалл.