Пора было наводить мосты. План вырисовывался следующий: сначала аккуратно прощупать Гарри, затем устроить разговор по душам с Джинни, а уже после делать какие-то выводы. К делу стоило подойти с умом и начинать следовало издалека. Максимально издалека, чтобы друг ни на секунду не почуял подвоха и не догадался о реальном смысле моих вопросов. Требовалось проявить чудеса такта и выведать нужную информацию с изяществом и мастерством агента 007.
И начать я решил с самого невинного, очень завуалированного и бесконечно далекого от темы вопроса.
— Слушай, Гарри, а тебе нравится кто-нибудь?
Гарри медленно повернул ко мне голову.
— …
Я стоял и молча ждал ответа.
— …
Он слегка нахмурился и смерил меня непонимающим взглядом. М-да… Похоже, мой гениальный план по деликатному сбору информации с треском разбился о суровую реальность, в которой наш шрамоголовый герой пока еще был равнодушен ко всей этой романтической ерунде.
— Нет, никто мне не нравится. С чего ты вообще это взял?
— Я просто подумал, что ты, возможно, уже обратил внимание на какую-нибудь симпатичную когтевранку или гриффиндорку, всё-таки возраст у нас уже подходящий, а я об этом ни сном ни духом. Мы ведь с тобою лучшие друзья, и я вполне могу тебе что-нибудь дельное посоветовать.
Гарри фыркнул, и на его лице появилась легкая усмешка.
— Ты? Посоветовать? Рон, при всем уважении, у тебя ведь у самого никогда не было девушки, и ты ни разу ни с кем не целовался. Какой из тебя советчик?
Ох. А вот это уже был запрещенный удар ниже пояса. Будь я прежним Роном, то после такого дерзкого заявления я бы наверняка смертельно обиделся, устроив классическую драму на пустом месте. Но сейчас мне оставалось лишь мысленно признать его правоту, поглубже спрятав уязвленную гордость.
— Ну, я вообще-то много раз слышал, как Фред с Джорджем обсуждали подобные вещи, — я технично перевёл стрелки на старших братьев. — Так что теоретических знаний в этом плане у меня более чем достаточно.
Гарри замолчал, внимательно посмотрел на меня, затем перевел задумчивый взгляд на входную дверь «Норы», за которой совсем недавно скрылась наша рассерженная подруга, снова посмотрел на меня и подозрительно прищурился.
— Слушай, а ты случайно не задал Гермионе точно такой же вопрос пару минут назад?
М-да. В народе, конечно, говорят, что очки — признак высокого интеллекта, но не до такой же степени. Я совершенно не помню, чтобы канонный Гарри Поттер отличался талантами Шерлока Холмса, однако сейчас этот парень подозрительно быстро сложил два и два.
— Нет конечно, я что, идиот по-твоему? Зачем мне её о чем-то спрашивать, если я и так прекрасно знаю, кто именно ей нравится.
Эти слова сработали как идеальная наживка. Гарри проявил неожиданный интерес, сделав шаг ближе.
— Гермионе кто-то нравится? — удивленно переспросил он. — И кто же это?
— А тебе-то зачем это знать?
— Ну как зачем? Мы же её друзья, а вдруг этот парень окажется каким-нибудь придурком, который захочет её обидеть? Мы должны заранее знать, кому в случае чего придется бить морду.
Я понимающе кивнул, для вида огляделся по сторонам и наклонился к нему ближе.
— Открою тебе большой секрет, мой друг, — шепотом начал я. — Гермионе нравится… — я сделал еще одну крошечную паузу, наслаждаясь моментом. — Наша кудрявая прелесть целиком и полностью покорена учебой, толстыми справочниками, домашними заданиями и дополнительными предметами. Хотя, справедливости ради стоит заметить, что иногда она всё-таки отрывает взгляд от своих любимых фолиантов, особенно когда некоторые не в меру безрассудные индивидуумы начинают вытворять в небе самоубийственные виражи. Но, зная её тягу к знаниям, она, скорее всего, просто высчитывает траекторию и силу падения данного индивида…
Судя по абсолютно пустому взгляду, до него ничего не дошло. А это значило, что нужно было тонко намекнуть на личность этого самого индивида.
— …Она очень сильно беспокоится о том, что ты в безрассудстве своём свалишься с метлы.
Гарри пару раз растерянно моргнул, переваривая услышанное, а затем с видимым облегчением выдохнул, благополучно пропустив мимо ушей мой тонкий романтический намек.
— Высчитывает траекторию моего падения? А ведь это в самом деле в её духе. Я уж было начал всерьез опасаться, что какой-то урод начинает пудрить ей мозги, а она, оказывается, просто готовится прочитать мне очередную нотацию. — Он с облегчением выдохнул: — Ну, думаю, это я переживу.