— Какими же непростительными слепцами мы были.
— Парни… — начал я.
— А ведь он заранее назвал точную разницу в счёте.
— Ровно десять очков.
— С удивительной точностью.
— Я просто угадал, — попытался я воззвать к остаткам их разума.
— Он ещё и скромен.
— Настоящий святой.
— Личный покровитель отчаявшихся азартных игроков.
Я обречённо потёр переносицу, искренне не понимая, как наша бедная мама умудрялась годами выдерживать этот нескончаемый словесный балаган и при этом сохранить хотя бы относительное психическое здоровье.
— Хватит.
— Думаю, нужно поставить тебе памятник.
— Небольшой такой, скромный.
— Из чистого золота.
— Прямо на входе в наш будущий магазин.
— Который ты, между прочим, так великодушно помог профинансировать.
— Я дал вам всего несколько жалких галеонов, — проворчал я.
— И бесценную информацию.
— Именно она принесла нам ещё больше денег, превратив просто хороший куш в легендарный.
— Мы до сих пор не можем смириться с тем, что ты назвал точную разницу в счёте.
— Это было обычное предположение, — стоял я на своем.
— Рон.
— Что?
— Обычные предположения обычно оказываются ошибочными, — назидательно произнёс Джордж. — В этом и заключается вся их коварная сущность.
— Особенно у нас.
— Особенно и стабильно всегда у нас.
На некоторое время оба замолчали, вновь устремив взгляды на ликующее поле и, судя по всему, мысленно пересчитывая будущие доходы. Наконец Фред задумчиво почесал подбородок и протянул:
— Думаешь, стоит рассказать людям, благодаря кому мы сегодня так неприлично разбогатели?
— Ни в коем случае.
— Это почему же?
— Потому что тогда придётся публично признать одну невероятно страшную и совершенно немыслимую вещь: самым разумным и дальновидным Уизли сегодня оказался Рон.
— Мерлин всемогущий… ты прав, это катастрофа.
— Вот именно. Удар по нашей репутации будет невосполним.
— А ведь если задуматься, он ещё и убедил нас ставить у официального букмекера, а не отдавать свои кровные прохвосту Бэгмену.
— Тоже верно.
— Кто знает, чем бы всё это закончилось в противном случае.
— Начинаю всерьез подозревать, что нашего настоящего Рона где-то похитили и подменили на этого зануду.
— Я тоже склоняюсь к этой версии.
— Слишком много на удивление здравых мыслей за один день.
— И ни одной, заметь, ни единой просьбы одолжить денег!
— Подозрительно.
— Крайне подозрительно.
— Лучше действительно никому обо всём этом не рассказывать.
— Особенно Перси.
— О, Перси об этом не должен узнать даже под пытками.
— Тогда предлагаю хранить эту великую тайну.
— До самого конца нашей долгой, и теперь, к счастью, безбедной жизни.
— Или, как минимум, до тех пор, пока нам снова не понадобится финансовый совет.
При этих словах они снова уставились на меня, а в их глазах загорелись такие хищно-коммерческие огоньки, что мне сразу захотелось покинуть стадион любым доступным способом, желательно не вступая в дальнейшие переговоры.
— Даже не думайте, — предупредил я, уже изрядно устав от их трёпа.
— Поздно, Рон.
— Непростительно поздно.
— Ты официально назначен нашим главным финансовым консультантом и штатным предсказателем.
— Разумеется, без какого-либо жалования.
— Исключительно за идею и безграничную любовь к семье.
— Вы худшие братья на всем белом свете, — с лёгкой улыбкой произнёс я.
— Совершенно верно. Но теперь мы худшие братья на свете с солидным стартовым капиталом! — радостно возвестил Фред, хлопнув меня по плечу. — А это, согласись, куда приятнее, чем если бы мы продолжали кошмарить тебя, будучи при этом голодранцами.
Глава 9
Тем временем всеобщее ликование понемногу шло на спад, и зрители начали неспешно покидать арену, направляясь к своим палаточным секторам. Торжественное спортивное мероприятие плавно и совершенно естественно превращалось в масштабную народную пьянку, отличавшуюся лишь поводом для веселья.
Ирландские болельщики радостно заливали глотки сливочным пивом и огневиски, празднуя свою фееричную победу, тогда как болгары с не меньшим энтузиазмом пытались утопить в тех же напитках горечь поражения. В общем, все были заняты важным делом, и вечер обещал быть весьма насыщенным.
Пока мы медленно пробирались вниз по лестницам вместе с потоком людей, мы вновь встретили семейство Малфоев. К моему удивлению, на этот раз они хранили гордое аристократическое молчание, лишь Драко сверлил меня таким специфическим взглядом, что мне стоило огромных усилий не расхохотаться прямо на месте.