Сняв парадную мантию, я переоделся в свою обычную одежду и покинул примерочную. Вернувшись в торговый зал, я сразу заметил Гарри и Гермиону, которые стояли возле одной из вешалок и о чём-то весьма оживлённо спорили. Точнее, Гермиона что-то терпеливо объясняла, а Гарри с видом человека, который уже очень давно потерял нить разговора и отчаянно ищет пути к отступлению, пытался понять, чего от него вообще хотят.
— Нет, Гарри, я говорю, что этот цвет лучше сочетается с твоими глазами, — произнесла Гермиона тоном школьного учителя, держа в руках очередную мантию.
Гарри перевёл мученический взгляд с неё на ткань, затем обратно.
— А они что, не все чёрные?
Гермиона тяжело и обречённо вздохнула.
— Гарри, это тёмно-зелёный.
— А.
— А вот это изумрудно-зелёный.
— Но они выглядят абсолютно одинаково.
— Но это совершенно разные оттенки!
— Ну если ты так говоришь…
Увидев эту картину, я мгновенно понял: вот он, мой идеальный шанс отвести душу и слегка отомстить нашей всезнайке за недавнюю работу вьючным мулом в книжном магазине. Упускать такую возможность было бы настоящим преступлением, поэтому я решил «тоненько», буквально на самой грани незаметного, подтолкнуть ситуацию в нужном направлении.
— Знаешь, приятель, — протянул я, подходя ближе, — если девушка начинает настолько серьёзно переживать из-за того, насколько хорошо твой наряд будет сочетаться с цветом твоих глаз, то в цивилизованном обществе это обычно считается довольно важным сигналом…
Гермиона моментально вспыхнула, приобретя оттенок свежесваренного зелья от фурункулов.
— Рон!!! — возмущённо пискнула она, пытаясь испепелить меня взглядом.
— Понятия не имею, каким образом это вообще связано, — честно ответил Гарри, даже не моргнув. — Но если откровенно, мне всё равно кажется, что они одинаковые, и мы просто зря тратим время.
Гермиона несколько долгих секунд смотрела на него, после чего медленно опустила голову, признавая поражение перед мужской непробиваемостью.
— Иногда мне кажется, что ты абсолютно безнадёжен…
— В смысле, с цветами? — невинно уточнил Избранный.
— Да, Гарри, — глухо ответила она. — Именно с цветами.
Я едва сдержал рвущуюся наружу усмешку. Наш бронелобый друг благополучно увернулся от прямого намёка, даже не заметив самого факта его существования.
Я посмотрел на слегка расстроенное лицо Гермионы, и мне вдруг стало её искренне жаль. Это ведь классическая проблема: умной и красивой девушке нравится парень, который в упор не замечает её внимания.
В такие моменты женские хитрости разбиваются о глухую мужскую стену непонимания. Девушка может часами подбирать наряд, выстраивать сложнейшие линии поведения, искать идеальный оттенок одежды под цвет его глаз и подавать тайные знаки, которые безошибочно расшифрует любая случайная прохожая. А парень в ответ лишь искренне почешет затылок, решив, что она просто очень любит зелёный цвет или что у неё дёргается глаз от усталости.
Вся эта забота и тонкие материи для прямолинейного мужского мозга выглядят как обычная дружеская помощь или очередной странный каприз, а Гарри в этом плане являл собой просто эталонный, не поддающийся лечению случай.
Но ничего, подруга, благодари этот мир за то, что у тебя есть такой проницательный, заботливый и гениальный друг, как я.
От этой мысли на моём лице сама собой расплылась широкая и весьма коварная улыбка. Гермиона перехватила мой взгляд, покраснела ещё сильнее, а затем вдруг побледнела.
Судя по мгновенно округлившимся глазам, она прекрасно поняла, что сейчас я скажу что-то такое, после чего ей захочется провалиться сквозь землю.
Я подошёл к Гарри, положил руку ему на плечо и заговорил тоном опытного специалиста по вопросам, в которых совершенно не разбирался.
— Знаешь, Гарри, мы давно с тобой дружим, и за это время я пришёл к одному крайне неутешительному выводу. Ты слишком часто бываешь сосредоточен на абсолютно неважных вещах.
Гарри непонимающе нахмурился, явно не ожидая от меня подобного разговора посреди магазина одежды.
— О чем ты?
— Я о твоих приоритетах: ты постоянно ломаешь голову над тем, как бы в очередной раз спасти школу от какой-нибудь выползшей из подземелий древней угрозы. Ты можешь днями анализировать, почему Снейп сегодня посмотрел на тебя с чуть большим отвращением, чем вчера, или почему Малфой ухмыляется в коридорах подозрительнее, чем обычно. Твой мозг круглосуточно занят тактикой игры в квиддич, аэродинамикой новых метел, способами поимки снитча в ураган и размышлениями о том, почему каждый наш новый преподаватель по Защите от Тёмных Искусств в итоге оказывается либо маньяком, либо психопатом, либо вообще не человеком.