Но затем в дело вступила безжалостная логика, быстро напомнившая о минусах этого решения. Что произойдёт, если Гарри не станет чемпионом? Сценарий с Кубком-порталом просто не состоится. И на первый взгляд это звучит замечательно. Ровно до того момента, пока не вспоминаешь, что Барти Крауч-младший никуда из Хогвартса не исчезнет, а Волдеморту по-прежнему необходима кровь именно Поттера для проведения ритуала.
Если сложный и тщательно подготовленный план с Турниром сорвётся, фанатичный и весьма изобретательный Пожиратель Смерти наверняка попытается добиться той же цели каким-нибудь другим способом.
И вот здесь начинались проблемы, потому что я понятия не имел, каким именно изощрённым способом он решил бы это сделать.
Затащить Гарри к Тёмному Лорду можно десятками разных способов. Крауч может просто оглушить его в пустом коридоре после отбоя, засунуть в свой бездонный сундук и каким-нибудь образом переправить за пределы Хогвартса. Может подбросить ему в спальню заколдованный предмет. Может использовать Империус на ком-то из студентов, чтобы выманить Гарри из башни в нужное место. Вариантов масса, и именно это пугало больше всего. Все они были абсолютно непредсказуемы.
Если мы сорвём канонический ход событий, то моментально лишимся нашего единственного по-настоящему серьёзного преимущества — точного знания того, где, когда и каким образом противник собирается нанести удар.
Знакомая угроза всегда предпочтительнее неизвестной. Пока события идут по известным мне рельсам, я хотя бы примерно понимаю, что происходит, и могу как-то влиять на ситуацию. Могу подготовить Гарри к каждому испытанию, заранее продумать тактику действий и держать в поле зрения настоящего врага, не выдавая при этом собственную осведомлённость. Если же я попытаюсь сломать ход событий прямо сейчас, то мы окажемся в полной темноте, не имея ни малейшего представления, откуда и когда последует следующий удар.
Я тяжело вздохнул и отпил тыквенного сока, который вдруг показался мне совершенно безвкусным. Если же отбросить все эти глобальные стратегические рассуждения и посмотреть на ситуацию максимально трезво, оставался один простой, но крайне неприятный вопрос.
А смогу ли я вообще этому помешать?
Серьёзно, кто я вообще такой в масштабах всей этой многоходовой игры? Шестнадцатилетний подросток, который совсем недавно начал более-менее серьёзно разбираться в магии?
А против меня действует взрослый и, не побоюсь этого слова, гениальный тёмный маг. Абсолютно безжалостный фанатик, который совсем скоро заявится в школу и затем будет спокойно и вполне успешно водить за нос самого Альбуса Дамблдора.
Какие у меня реальные шансы переиграть его в открытую или каким-то чудом сорвать работу Кубка огня?
Примерно такие же, как у первокурсника в поединке с мантикорой. То есть они не просто стремятся к нулю, а уверенно его пробивают и уходят куда-то в область отрицательных величин.
Поэтому выбор был вполне очевиден. Я молча проглотил остатки ужина и ещё раз посмотрел на Избранного, который как раз увлечённо спорил с Гермионой о необходимости делать домашнее задание в первый же день. Придётся тебе, друг мой, всё-таки поучаствовать в этом Турнире.
А моя главная задача — сделать так, чтобы к первому испытанию ты подошёл не как слепой котёнок, а как волшебник, готовый к любым неприятностям. И от подобного решения я чувствовал себя откровенно паршиво. Я понимал, что кардинально изменить ситуацию мне, скорее всего, не по силам. Более того, существовала вполне реальная вероятность, что любое грубое вмешательство только ухудшит положение. Всё это было логично, разумно и даже правильно. Вот только легче от этого совершенно не становилось…
Хотя кое-что изменить я, возможно, всё-таки смогу. Пока это было лишь предположение, причём весьма спорное, и далеко не факт, что оно вообще сработает. Но когда в школе установят Кубок огня, эту теорию определённо стоило проверить.
Если Гарри и придётся участвовать во всём этом безумии, то хотя бы не вслепую. Он должен либо сам принять это решение, либо, по крайней мере, заранее знать, что его собираются втянуть в игру против его воли.
Праздничный ужин постепенно подходил к концу. Шум разговоров в зале понемногу стихал, студенты доедали десерты, а я уже мысленно лежал в своей кровати и наслаждался покоем. Разумеется, именно в этот момент тяжёлые двери Большого зала распахнулись. Я поднял голову и увидел человека, которого меньше всего хотел сейчас видеть.
Барти Крауч-младший под личиной Аластора Грюма уверенно вошёл в Большой зал. М-да… Наблюдать за тем, как один из самых опасных Пожирателей Смерти спокойно подходит к Дамблдору и обнимается с ним на глазах у всей школы, было довольно сюрреалистично. При этом выглядел Барти настолько естественно, что становилось даже немного не по себе.