— Черт все подери, но несмотря ни на что, я люблю эту страну.
— Неужели, Кеннет, ты совершенно спятил?
— Я люблю эту страну.
Лицо Дэнджерфилда приобретает золотистый опенок. В глазах отражаются яркие огоньки. О’Кифи сидит на высоком вращающемся стуле; рюкзак болтается у него между ногами. Себастьян наливает бренди.
— Хорошо, когда есть, с кем поговорить, Кеннет. В последнее время мне часто бывало одиноко.
— Эта страна кого угодно может вывести из себя, но в Дублине я чувствую себя как рыба в воде. И все, что мне нужно, — четыре пенса на чашку кофе в «Бьюэли». Там по ночам я лежал в постели, запоминая французские слова и мечтая о том, как я возвращусь сюда. Вот если бы мне удалось открыть ресторанчик на деньги, которые я отложу на этой работе! Тогда я был бы устроен.
— Тебе потребуются только несколько стульев, столов, вилок и много прогорклого жира.
— О, да.
— Но это будет здорово.
Дэнджерфилд показывает на восток дрожащим от волнения пальцем:
— Я еду туда, Кеннет, за Ирландское море, чтобы вкусить немного сладкой жизни. У меня есть определенные планы. Если слишком долго жить в этой чертовой стране, то рано или поздно начинаешь чувствовать, что задыхаешься. А нам нужны солнце и танцы. И песни.
— Ну что ж, пой и танцуй, а мне пора идти. Пока.
— Не уходи.
— Пока. О’Кифи повернулся и толкнул дверь. Дэнджерфилд считает, сколько раз дверь прокрутится на шарнирах.
Я дружу со всеми. И даже со зверями. Пока они не начинают свирепеть. Некоторых из них засадили в клетки, но следует признать, они этого заслужили. Все получают по заслугам. Такие уж правила. Грудастая Мэри и ее отвратительный старикан-отец. Гоняется за ней по дому с метлой в руке, когда на ней нет ничего, кроме ночной рубашки. Люди даже не представляют себе, что происходит в этих домах, расположенных в пригородах. Надо быть начеку из-за возможности кровосмесительства. С мисс Фрост я дружу, а у Мэри есть вера. Надо прочитать письмецо.
Дорогой Себастьян!
Я надеюсь, что это письмо до тебя дойдет. Пожалуйста, напиши мне и объясни, что мне следует делать. Постарайся со мной увидеться, потому что я чувствую себя ужасно одинокой и очень волнуюсь из-за того, что отец о чем-то догадывается и угрожает написать в банк. Сообщи мне, когда я должна уехать в Лондон и где мы там встретимся. Мальчики уехали в Куван и живут у дяди на ферме.
Пожалуйста, не забывай обо мне и пиши. Мне так хочется с тобой встретиться и приласкать тебя. Напиши мне, пожалуйста.
Он вышел на улицу с бутылкой в руке. Прошел под орлом. На свежий воздух. Ночь и Ирландия. Мне бы хотелось сейчас слизывать влагу с листьев деревьев. И есть зелень. По улице Джеэри. Не доверяю бурной радости. В чем я силен, так это в умении чувствовать себя несчастным. Лэди Эспер застанет О’Кифи на служанке и отлупит его. Библией по заднице. Бедняга шеф-повар. Не думаю, чтобы он продержался там дольше нескольких дней.
Он толкнул калитку у центрального входа. Она слегка согнута. Через окно гаража заметен свет из кухни. Нужно быть осторожным. Притворюсь Эгбертом и все проверю. Некоторые окна нужно занавесить поплотнее. Задняя дверь закрыта на замок. Мисс Фрост все сделала правильно. И это как раз то, что мне нравится: каждый старательно исполняет свой долг.
Себастьян постучал. Тень мисс Фрост поворачивает ключ. Она улыбается. В выражении ее глаз угадываются смущение и замешательство.
— Добрый вечер, мисс Фрост. Наконец-то немного тепла и уюта.
— Добрый вечер, мистер Дэнджерфилд. Вы очень промокли?
— Нет. На улице хорошо. И воздух какой-то аппетитный.
— Подружка принесла мне брейские колбаски.
— Что ж, неплохо. Как вы, мисс Фрост? Нет, правда, как вы?
— Все в порядке. Впрочем, немного устала. Сегодня я работала в магазине.
— Вам пришлось стоять?
— Да.
— Мисс Фрост, поцелуйте меня.
— О, мистер Дэнджерфилд.
Себастьян приближается к ней в резком свете кухонной лампы. Ставит бренди на стол и обхватывает ее руку за запястье. Все крепче и крепче. Она роняет сковородку, и та падает на пол. На мисс Фрост серый свитер. И губам ее не удается сохранять сдержанность. Этот распутный марсианин сжимает ее с чувством собственного достоинства. И чтобы сейчас не произошло, мы будем правы. Шепчет на ушко мисс Фрост:
— Мисс Фрост, у вас такой очаровательный затылок. Мне хочется покусать ваши ушки. Вам когда-нибудь доводилось кусать уши? О мисс Фрост, кусать ушки — это так замечательно. Особенно за мочки.
— Мистер Дэнджерфилд, вы мне их отгрызете.