— Мы вас поймали на краже, а что вы делали, нас не касается.
— Они ничего не крали, — сказал Форинт, — это я.
— Они мешали нам осуществлять правосудие, — откликнулся рыжий Холстур.
— Теперь не миновать вам Паучьей Ямы. — Сгрихор был очень доволен. — Там и сгниете!
Краем глаза Тристан заметил, как третий гьельд схватил под уздцы И-гуа и потащил его куда-то в толпу. Конь упирался, ржал и пытался лягнуть обидчика мохнатым копытом, но даже его силы не хватало на то, чтобы тягаться с гьельдом. Тристан сделал еще одну попытку вырваться, но не смог и пошевелиться.
— Все пропало, — пролепетал Форинт. — Нет места страшней Паучьей Ямы.
Гьельды держали друзей так крепко, что у тех кости трещали. Единственное, что могли делать мальчики, это кричать и лупить своих обидчиков ногами. Однако ни то ни другое не давало никакого результата. Голоса пленников тонули в стоявшем на площади гвалте, а удары, которые они наносили, причиняли гьельдам не больше вреда, чем комариные укусы.
— Да не ерзай ты! — Сгрихор сдавил Тристана еще сильнее. — Тоже мне трагедия. Посидишь недельку в Паучьей Яме, поголодаешь, подумаешь о своем поведении. А потом, если повезет, вас найдут живыми…
— Я не вор, — протестовал Тристан.
— Рассказывай, — расхохотался рыжий. — Ты если и не вор, то пособник! А я вот как думаю: каждый человек, который приходит на рыночную площадь, — плут и мошенник. Будь моя воля, я бы всех их в Паучью Яму бросил!
— Я ничего не крал!
— Расскажешь соседям по Яме, — ответил Сгрихор.
— Если мы виноваты, — отчаянно прокричал Вирель, — то это должно быть доказано судом.
— Эх, грамотные все стали, — загоготал Сгрихор. — Мы тебе не стража, козявка ты писклявая, чтобы по судам с тобой таскаться.
— К тому же, — поддержал Холстур, — судья Коррадо не выносит оправдательных приговоров. Он мигом отправит вас к позорному столбу или на дыбу. Так что скажите спасибо, сопляки, вы еще дешево отделались.
С этими словами Холстур больно двинул Тристану кулаком в живот. У того аж в глазах потемнело от боли. Дыхание перехватило, и весь мир вдруг сжался для него в крохотный комок. Он жадно глотал ртом воздух, боясь задохнуться.
Гьельды резко остановились и сбросили с плеч своих пленников. Тристан почувствовал, что летит. Падение закончилось быстро, он с силой ударился спиной о каменный пол. Несколько минут он беспомощно лежал на полу и думал, что вот-вот умрет.
— Тащи веревку, — крикнул Сгрихор своему спутнику. — И позови мастера Аксамита.
— Я уже здесь!
Это был тот самый гном, который совсем недавно нагрубил ему. Видимо, гьельды притащили их в его лавку.
— Вот спасибо, голубчики! — Гном трясущимися руками схватил сверток и тут же раскрыл его. — Да-да, это мое.
Внутри свертка оказалась большая металлическая табличка, в которой Тристан не сразу узнал вывеску. Обшарпанная, покрытая копотью, с почти стершейся надписью — по всему было видно, что вывеске этой уже очень много лет. На ней можно было разглядеть очертания какой-то птицы, но не более того, из букв же уцелела только огромных размеров «Я».
— Она не твоя, — вскричал Форинт, — ты отобрал ее обманом у бедного трактирщика. А он совсем не сводит концы с концами без вывески!
— Я отобрал ее у него за долги, — цыкнул на него гном. — Больше ничего ценного в его заведении не нашлось. — Голубчики, — обратился он уже к гьельдам, — сделайте милость, накажите их построже!
Тут взгляд его упал на Тристана.
— Так я и думал! — Гном снова обернулся к гьельдам. — Хочу указать вам на этого, — он кивнул на Тристана, — как на отъявленного нахала и грубияна. Я видел его возле лавки. Наверняка неслучайно.
— Паучья Яма его мигом от воровства отвадит! — хмыкнул Сгрихор.
Тем временем Холстур притащил толстую веревку и крепко связал ею Форинта по рукам и ногам.
— Давай живее, — поторопил его Сгрихор, — нам потом еще обратно тащиться.
Холстур с той же поспешностью опутал веревкой руки и ноги Виреля. Настала очередь Тристана. Рыжий гьельд на секунду задержался возле Виреля, чтобы потуже затянуть узел. Мастер Аксамит и Сгрихор в это время оживленно беседовали о Паучьей Яме. Все отвлеклись, и Тристан вдруг понял, что это его шанс вырваться отсюда. Не теряя времени, он вскочил на ноги, юркнул под мышкой у ошарашенного Холстура и в два скачка достиг двери. Пузатый Аксамит закрывал собою проход, но Тристана было уже не остановить. На полной скорости он налетел на гнома, сбил его с ног и выбежал на улицу.
— Хватай его! — изо всех сил крикнул гном.