— Послушай, — снова отвлек его Вирель. — А ты точно оруженосец?
— Теперь уже нет, — ответил Тристан. — Я отныне беглый крестьянин.
— Постой, я не об этом. Ты вытащил нас из этой передряги и проявил при этом редкую твердость духа. Ты сохранил трезвость разума в непростой ситуации, когда у тебя была доля секунды, чтобы найти спасительное решение. Все эти качества отличают рыцарей, по крайней мере, так говорится в древних песнях. Ты не думал посвятить себя ратному делу?
— Нет, — горячо ответил Тристан, — конечно нет! Я крестьянин. Такие, как я, всю жизнь работают в поле, а не сражаются с драконами. Рыцарем нужно родиться. Я не посмел бы…
— Судя по тому, как горячо ты с этим споришь, — перебил его Вирель, — ты хотел бы стать рыцарем.
Тристан рассердился еще пуще.
— Откуда ты знаешь?! — вскричал он.
— Я менестрель, — гордо ответил Вирель. — И отлично разбираюсь в людях.
— Да, — неуверенно буркнул Тристан. — Я с детства мечтаю носить доспехи, скакать верхом и совершать подвиги.
— Так что тебе мешает? Ты теперь свободен.
— Этому нужно долго учиться. Рыцаря с малых лет воспитывают и готовят к будущим подвигам. И потом, нужны оруженосец и советник. Первый — чтобы заботиться о снаряжении, второй — чтобы планировать подвиги.
— Глупости, — отмахнулся Вирель. — Ни один учитель не научит человека быть храбрым. Знаешь, менестрели тоже учатся музыке, но те, кому медведь на ухо наступил, никогда не смогут слагать песни. Вот у меня к этому талант с самого детства. Потому что менестрелями не становятся, а рождаются, как и рыцарями.
— Именно, — сказал Тристан, — и я рыцарем не родился. Я родился крестьянином и должен сеять ячмень, как мой отец. У нас, крестьян, одна богиня — Тидриса, и она не будет милостива к тому, кто бросил дело, которым должен был заниматься.
— Знаешь, — усмехнулся Вирель, — я бы на твоем месте как минимум попробовал бы, а потом уже говорил. Все, что тебе нужно, — это меч, латы и конь. А если с подвигами не сложится, ты сможешь бороться за Кубок Крепости.
— Кубок Крепости?
— Ну ты даешь! Это рыцарский чемпионат. Каждый год шестьдесят четыре лучших рыцаря состязаются на Ристалище в воинском искусстве. Победитель получает Кубок Крепости. Неужели ты не слышал о Тафгае Дюжем, нолусе Степного княжества? Он выиграл три последних чемпионата и носит титул Великого Вояки. За него пол-Амбинии болеет. В общем, так, я направляюсь в Альденбург к своему кузену Форинту. Он работает в трактире и, думаю, сможет помочь тебе ценным советом.
Тристан только покачал в ответ головой.
— Решать тебе, но мне кажется, все задатки рыцаря у тебя есть. Мы, менестрели, чувствуем такие вещи.
— Менестрели, говоришь? И на каком инструменте ты играешь?
— Ни на каком. Моя мечта — заполучить собственную лютню.
Вирель начал что-то рассказывать, но Тристан его уже не слышал. Засыпая, он видел стену дождя и пегого лошака. Тот, не обращая никакого внимания на ливень, мирно жевал траву. Глаза Тристана сомкнулись сами собой, и он даже не заметил, как погрузился в сон.
— Вставай, — Вирель яростно тряс своего попутчика за плечи, — вставай. Уже утро!
Тристан протер глаза, веки упрямо липли друг к другу. Пробуждение далось ему нелегко. Солнце стояло над самыми кронами деревьев, ярко освещая лес. Его лучики бегали по небольшой поляне, вокруг которой высились сербонии — деревья с огненно-рыжими, как волосы Тристана, стволами.
— Куда подевался лошак? — спросил он, осмотревшись.
— Да не потеряется, — ответил Вирель. — Единственное, чего я боюсь, это как бы он тут не нажрался какой-нибудь дряни. Это же Дремучий лес. Я слышал рассказ о человеке, который съел в Дремучем лесу какую-то ягоду и превратился в гнилой пень. Кстати, ты подумал над моим предложением? Я был бы рад, если бы ты согласился. Для хорошей песни нужна подходящая тема. Раньше я писал только о своих странствиях. Но это, по правде сказать, мало кому интересно. Другое дело — похождения настоящего рыцаря. Эй, я бы стал твоим спутником, а заодно воспел бы твои подвиги.
— Зачем рыцарю менестрель? — не выдержал Тристан.
— Как это зачем? Да ведь не сам же рыцарь будет рассказывать людям о своих приключениях. Если хочешь, чтобы о тебе легенды слагали, найди менестреля, иначе умрешь в безвестности. Сейчас менестрель — очень востребованная профессия. Богатые рыцари готовы из доспехов вон лезть, чтобы заполучить Гротеска Соловьиную Трель, который вмиг сделает им имя.