Если честно, я очень хорошо понимала Глеба… особенно в июне 2010 года… И я знала, что ему со мной плохо… Я бы сама от себя ушла… Последние несколько месяцев меня не существовало… ни для кого. Меня просто не было. Я жила только для одного человека. Я жила для Мужчины, которого последние семь лет я любила как друга, как брата, как короля, как героя кино, как… Он был для меня всем и мог заменить мне весь мир. Он жил в другой стране и единственным способом общения с Ним был e-mail, skype, телефон… и самолеты.
Это был период, когда мы решили вместе поработать… Мне хотелось с Ним работать, потому что для меня в принципе было неважно, что с Ним делать… лишь бы с Ним. Ему пришлось со мной работать, потому что Ему нужен был человек, которому Он сможет доверять… из-за ситуации, в которой Он оказался. Он всегда называл меня «умной девочкой», а я всегда считала Его гениальным бизнесменом. Мне было интересно поработать с Ним, поучиться у Него. Обычно, когда задаешь человеку какой-то вопрос, ты заранее можешь предположить пять, десять, двадцать вариантов ответов, в зависимости от задаваемого вопроса и от уровня твоего IQ. У Него всегда находился двадцать первый. Его ответы никогда не попадали ни под один из моих предполагаемых вариантов. Он мыслил по-другому, говорил по-другому, Он был не таким как все. Он был человеком Мира.
Моя работа с Ним… ад и рай… пытка и удовольствие… слезы и бесконечный смех… Он сводил меня с ума… Я неделями ни с кем не виделась, не встречалась с родителями, не ходила на теннис, я забыла, что такое есть с помощью ножа и вилки… я отвыкла есть сидя… я отвыкла есть в принципе… Я заезжала на Мак Драйв в Макдональдс в два-три часа ночи, потому что магазины в это время уже были закрыты, а днем заехать в магазин я не могла. Сон стал для меня утопией и мечтой… я ложилась спать в четыре-пять утра, а в семь я уже просыпалась и сидела возле компьютера… Я не отвечала на телефонные звонки друзей и знакомых… у меня просто не было на это времени. Мое «подышать воздухом» заключалось в том, чтобы настежь открыть окно в три-четыре утра, сесть в уггах на подоконник и, облокотившись о стенку, жадно выкурить сигарету. Однажды я так и проснулась: полулежа на подоконнике, облокотившись о стенку… Меня разбудил лай моего йорка Роджера Федерера…