На паспортном контроле в Кельне я немного оживилась… особенно когда услышала, что пьяная компания, которая стояла за нами в очереди тоже едет поездом в Париж… Получалось, что кроме нас еще есть извращенцы и мазохисты…
В поезде мы мгновенно уснули… но меня разбудил веселый крик украинской компании из самолета: «Девушка, извините, проснитесь… Вы же говорите по-английски… мы тут не совсем поняли, но, кажется, наш поезд не идет в Париж…» Я никогда не любила, когда меня будят… особенно выпившие незнакомые люди. Я открыла глаза и спокойно ответила: «Ребята, я не в настроении. И мне не до шуток»… А они и не шутили. Просто ждали, пока ко мне подойдет седоволосый француз, проверит билеты и я задам ему вопрос: «Простите, но мне сказали, что наш поезд в Париж не идет…» Они ждали, пока я получу абсолютно серьезный утвердительный ответ: «Да… скорее всего… на железной дороге произошел несчастный случай… серьезная авария… я буду держать вас в курсе». Я перевела все сильно подвыпившим мужчинам, закрыла глаза… и открыла их в тот момент, когда поезд медленно проплывал табличку с надписью «Брюссель». Часы показывали 14.00 – как раз в это время мы должны были быть в Париже. Эля продолжала спать. Я разбудила ее словами: «Подъем, Элечка. Поздравляю… мы в Бельгии».
Выпившая компания стала нашей тенью… что не могло меня не радовать в моем бодром состоянии. Я объяснила им, что нам придется погулять еще каких-то пять часов по брюссельскому вокзалу или навестить знаменитого Писающего мальчика, а потом мы дружно сядем в поезд, который на этот раз, может быть, доставит нас в Париж. Компания пошла пить дальше… Тридцатикилограммовые чемоданы не вызывали желания гулять по Брюсселю, а сдавать их в камеру хранения мне не очень хотелось… судя по тому, как улыбалась нам удача с самого начала, чемоданов бы мы больше не увидели. Мы в полуобморочном состоянии бродили по вокзалу, что-то пили, что-то ели и о чем-то говорили… Я приблизительно прикинула, сколько денег я просадила за ночь в аэропорту Борисполя… на вокзале в Кельне… Брюсселе… перелет… перевес… билет на поезд… можно было спокойно лететь в бизнесе прямым рейсом Киев – Париж и ни в чем себе не отказывать в воздушном «Duty Free»… Эти приятные мысли кружились в моей сонной голове… до тех пор, пока меня не погладил Брюссельский Бомж… Брюссельский Бомж меня погладил… Я так и не поняла: либо он меня пожалел, либо после бессонных суток, проведенных в Бориспольском аэропорту, он просто принял меня за «своего человека»… или что-то съел и выбрал именно мой Moncler из тысячи, чтобы вытереть руки… или ему просто захотелось ко мне прикоснуться. В любом случае, мое физическое и моральное состояние уже было близко к тому, чтобы крепко обнять этого чернокожего парня и уснуть на его плече.
В Париж мы попали в девять вечера… в отель – еще позже. Я всегда восхищалась крохотными лифтами в маленьких уютных французских отелях… но не после тридцатишестичасового переезда. Так долго я не добиралась даже с Бали, учитывая четыре перелета и восьмичасовую стыковку в «де Голле»… В отеле нас тоже ждал сюрприз: номер кому-то отдали, потому что не смогли снять деньги с моей кредитки… и не дозвонились мне. Но мне было все равно. Я понимала, что больше не сдвинусь с места. Мне даже не пришлось до конца рассказывать парню на ресепшен историю нашего весьма продолжительного путешествия. Когда я дошла до Кельна, он уже выдал нам карточку от «освободившегося» номера. И…
Париж… весна в феврале… утренние пробежки под сводами Arc du Carrusel в ветровке «Nike Stanford»… отель на Rue de Cambon, разделенный с садами Тюильри одним-единственным светофором и одинокой «зеброй» на асфальте… бездомные французы, которые дарят «на удачу» золотые кольца, потому что им нравится, как ты им улыбаешься… горячий крок-месье, съеденный на завтрак на Бульваре Капуцинок… карамельный маккиато из «Srarbucks», выпитый на холодных ступеньках «Grand Opera»… голодный взгляд резидента «Buddha-Bar», который из твоего любимого диджея сразу превращается в твоего французского врага… утиная грудка под медовым соусом на ужин в Латинском квартале… чернокожий чемпион мира по фристайл-футболу, который зависает в бездонном парижском небе, обвивая руками фонари Сакре-Кер, а ногами вырисовывает фантастические иероглифы с помощью футбольного мяча… хрустящие гренки и сладковатый глинтвейн, выпитый возле дома Сальвадора Дали на Монмартре… ночной Нотр-Дам де Пари… растекающийся камамбер с бокалом прохладного Шабли Премьер Крю… плетеная мебель уличных кафе… сотни ароматов «Sephora»… десятки мелодий, прослушанных в «Virgin»… элегантный менеджер на входе в VIP-room, который вежливо объясняет гостям на улице, что сегодня «закрытая вечеринка», а потом встречается с тобой взглядом и говорит «Allez»