- Да?
- Да. Видел, как тебя кошками из коллектора вытаскивали. Я был уверен, что ты мертвый. Еще этот старик сказал, что ты ну… того, окачурился.
- Так прямо и сказал?
- Да. Говорит, кочур, ты.
Гриф брызнул смешком.
- Что? - Ява внимательно посмотрел на сталкера.
- Кочуром звали старшего группы. Итить тебя в реактор.
Мгновение Ява еще смотрел на Грифа, а затем рассмеялся. Радостно, беззаботно, как могут смеяться только молодые. Гриф подхихикивал и время от времени посматривал на парня.
Ява еще всхлипывал, когда Гриф серьезно, негромко сказал: «Спасибо тебе».
- За что? - улыбка медленно таяла на лице Алексея.
Гриф запрокинул голову, сделал глоток, потом сказал: «За то, что дошел до «Передоза» и арты кому надо отдал».
- Да, ерунда, - смутился Алексей.
- Операцию Танюшке сделали. Все отлично. Я, короче, твой должник. Ты ведь ничего себе не взял.
Гриф протянул руку, похлопал Яву по плечу: «Ты меня реально выручил, старик, и не в первой».
- Ты о чем?
Гриф пристально посмотрел ему в глаза, потом отвел взгляд, сказал: «Расскажи лучше, как здесь кантовался все это время?».
- Да чего рассказывать? - Ява посерьезнел. - На второй день, как вернулся в Депо, достал из сейфа «выверт», все приберегал, хотел у яйцеголовых загнать подороже, ну… в общем, обменял у Гейгера на снарягу, патроны,кое какую жратву и двинул из зоны. Так мне она тогда тошной была. Наелся, в общем, я ее до икочки. Домой захотел. Пришел в деревню, а дома нема. Ни бабули - она сгорела вместе с домом, ни мамки с отчимом - они подались к брату отчима в Воркуту. Ну… покуковал я в своем Яваршино недельку и обратно двинул. Понимаешь, Гриф, она меня, словно ухватила. По ночам снилась. Сначала я от кошмаров вскакивал, а потом от тоски просыпался. И такая у меня уверенность ну…, что здесь теперь мое место. Может, потому, что я там жить не научился и… ничего, в общем-то, не умею. Страшно вроде, а другой жизни для себя не вижу. Вот, как-то так.
- Не сладко тебе пришлось, - Гриф скорбно покачал головой, - после этого закурил?
- Ага.
- А денег то че не взял? Их там до хрена было. Больше, чем надо. Гейгер ведь тебе говорил. Говорил ведь?
- Говорил.
- Ну, так чего? Домой жеш шел. Ты там на свои тугрики мог пол - деревни купить.
- Я думал, еще успеется. Только в зону пришел. Да и дочке твоей они нужнее были. Ведь в таком деле их много не бывает. - Ява посмотрел на Грифа. Они встретились взглядами.
- Добрая ты душа, - Гриф взлохматил обросшего Яву.
Некоторое время они молчали, отхлебывали пиво, смотрели через дыру в заборе на дальний лес.
- Гриф? - заговорил Ява, - давно хотел спросить. - Сталкер настороженно стрельнул на парня глазом, - как ты в зоне оказался?
- Нечего тут рассказывать, - Гриф как будто расслабился, затянулся сигареткой.
- Ну, все же, - не отставал Ява.
- Служил на кордоне командиром стрелковой роты, - нехотя начал сталкер. - Жил в военном городке с женой и дочкой. У Танюшки врачи диагностировали редкое заболевание костей. Не могла она ходить. А у нас в доме ни пандусов, ни лифтов. Чтобы погулять, Светлана сначала с третьего этажа инвалидное кресло спускала, потом за Танюшкой шла. Медицинское обслуживание - медсанчасть только. Два года стояли в очереди на операцию. А когда приехали, врачи развели руками, мол, поздно уже. Запил я тогда, - Гриф замолчал, пожевал губу и продолжил, - Со мной в части крендель один служил - Сержик Таиров. В штабе штаны протирал, все с проверочками наведывался, боевые листочки со стендиками рассматривал, стукач и гнида последняя. Как-то пригласил меня в соседнюю роту Андрюха Тузов звездочку обмыть, ну и он там. Сидим, пьем, а тут тревога: Волна идет. Мы вскакиваем, чтобы стрелков поднимать, а Сержик сидит, рожу брезгливую скривил, смотрит на нас, как мы суетимся, спичкой в зубах ковыряет. Ну, я этому Сержику и говорю: «Если не только дерьмо по трубам можешь качать и ротных шпилить, айда со мной на заслон смотаемся, хоть глазком глянешь, что да как». А он пьяный, рожа красная, говорит: «Да не вопрос». Сели мы в УАЗик, я за рулем и по дороге на всех парах к вышкам. Везу его, смотрю на харю ухмыляющуюся, а самого злость разбирает. Ну, думаю, сейчас я твою улыбочку сотру. Подкатываю к КП, сигналю, бойцы в сторону, я не сбавляя скорости, разношу в щепки шлагбаум и в зону. Парни не стали стрелять, знают машину, а этот кусок дерьма сразу в лице изменился. Перестал улыбаться. Говорит: «Ты чего? Поворачивай назад». А я теперь ухмыляюсь и такой меня взял кураж, что уже и остановиться не могу. Говорю ему: «Что, падла штабная, обделался? Листочки тебе все, стендики, агиточки, а это ты видел и пальцем тычу в стекло. Он поворачивается, а там прожектора поле чешут. Выхватывают какую-нибудь тварь и с вышек из пулеметов тут же в ошметки кромсают. А мутанты прут из леса и прут. Совсем мой майор от страха одурел, орет, полез руль отнимать, меня с сиденья выталкивает. Пистолет достал и в физиономию мне тычет. Я крутанул ему ладошку, выхватил ПМ, черт бы меня подрал, и нечаянно нажал на спусковой крючок.