жирафа, и я схватилась за голову. Катастрофа!
– Десять! Девять! Восемь! Семь! – кричала Мими, глядя на часы.
– Сейчас же не Новый Год, просто дайте нам ещё несколько секунд, мы догадаемся! –
прокричал Райан, поглядывая то на рисунок, то на Саймона.
– Чёрт, я не знаю, это, это… вот дерьмо! – кричал Саймон, перепрыгивая с одной ноги на
другую.
– Шесть! Пять! Четыре! Три! – продолжала Мими. Мисси скрестила ноги. Нил сразу
уставился на них. Зак рыгнул, но продолжил лизать. София кипела от гнева.
– Два!
– Лучше синица в руках, чем журавль в небе, – заявил Нил, взглянув Софии прямо в глаза.
– Один! Ха, вы не... Подожди, что? – спросила Мими, посмотрев на Нила, потом на
Софию. Саймон и Райан замерли с надеждой в глазах.
Тишина.
– Правильно, – хмуро ответила София, вздрогнув, когда Саймон и Райан разразились
аплодисментами.
– Не может быть, не может быть! Это не честно, я почти сказала один! Я чуть было не
сказала один! – крикнула Мими, затем пересекла комнату и вскочила на спину Райана,
начав избивать его кулаками. Зак снова рыгнул. Мисси распустила волосы, и все, у кого
есть пенис, замерли, уставившись на неё.
– Ну всё, – огрызнулась София и унеслась на кухню.
– Объявляю тайм-аут! – крикнула я и вышла из комнаты, чтобы нагнать Софию.
– Тайм-аут в чём? – спросил Зак, на что я только покачала головой.
София яростно вынимала продукты из холодильника, а затем укладывала их обратно.
– Не могу поверить, что он догадался!
– А я не могу поверить, что мы нет! Такой позор! – ответила я, придерживая дверцу
холодильника, откуда только что показалась курица-гриль.
– Я серьёзно! В смысле, как мы можем им проигрывать? – спросила София, роясь в
приправах и доставая бутылку тайского соуса шрирача.
– Мы проигрываем, потому что не концентрируемся. Нам нужно, чтобы все наши мысли
были сосредоточены на игре, – я наблюдала, как София убирает обратно банку солёных
огурцов и достаёт бутылку молока.
– Пфф, может ты не способна сконцентрироваться, потому что пускаешь слюни от моего
баскетболиста, – она ухмыльнулась, переставляя пластиковый контейнер с остатками
гороха.
– Ну конечно, причина именно в этом, – заметила я, стараясь, чтобы мой голос звучал
саркастично. Разумеется, Верзила Зак был очаровашкой, но при этом тем ещё болваном.
– Что я ищу? – спросила София, держа в одной руке сметану, а в другой огурец.
– Мне-то откуда знать, – ответила я, замечая, что к нам идёт Нил. – Но спасибо, что
разобралась в холодильнике.
София снова скрылась за дверцей, и в этот момент в кухню вошёл Нил.
– Забавно, как легко я догадался, что ты пыталась изобразить, да, Соф? – начал он, отчего
София оцепенела. Об этом легко было догадаться, потому что сметана упала на пол. Я
успела отстраниться, прежде чем София резко захлопнула дверцу, указав огурцом на Нила.
– Вот не надо мне сейчас рассказывать, как легко ты догадался, что я пыталась изобразить.
Ты наверняка видел карточку с заданием.
– Как я мог её увидеть? Она всё время была у тебя.
– Ну, может быть, ты всё-таки на секунду отвлёкся от Мисс Гигантские Буфера, чтобы
подсмотреть.
– Ой, да ладно тебе, ты думаешь, что...
Я вышла из кухни и столкнулась с Саймоном, быстро развернув его в обратном
направлении.
– Не советую заходить туда сейчас. У Софии есть огурец, и она точно знает, как его можно
использовать.
Саймон фыркнул.
– В общем, всё не так уж и плохо. Они разговаривают, – сказала я, потянув его за собой.
Мы оба поморщились от донёсшихся с кухни криков.
– Ну, говорят они довольно громко, но это тоже разговор, – вздохнула я.
• • •
В итоге вечер игр оказался отстойным. Мими почти вырубилась, продолжая ворчать о том,
что парни сжульничали насчёт Губки Боба Птичьи Руки. Райан провёл остаток ночи,
пытаясь запомнить карточки для игры на следующий раз, пока мы с Саймоном очищали
сметану с кухонного пола и собирали огуречные семечки, застрявшие между плитками.
– Она просто сжала огурец, и семечки разлетелись во все стороны! Он даже не был
очищенным! – всё повторял Саймон, в голосе слышались изумление и неслабый такой
испуг.
А наша парочка дуралеев? Продолжали изображать любовь со своими Верзилой и
Буферами. Они на самом деле выставлялись друг перед другом. Я никогда не видела
ничего подобного. Мне хотелось отвести взгляд, я чувствовала, что должна смотреть в