сторону, но не могла. Мы с Саймоном стояли там, все в семечках, и наблюдали за
соревнованием по обжимашкам. Софию прижал к стене её Верзила, и сразу Мисс Буфера
тоже оказалась прижата к стенке. Затем она устроила Нилу импровизированный танец на
коленях, София проделала то же самое с Верзилой.
– Такое ощущение, что мы на вечеринке свингеров, – прошептал Саймон, когда мимо
пролетела туфля, скинутая Кроликом из Плэйбоя.
– Или на Рестлмании29, – прошептала я, когда вторая туфля полетела в другую сторону.
Уверена, София заметила, что Мисс Буфера осталась без обуви.
Когда стенания уже стали заглушать болтовню Мими, настало время поставить точку на
сегодняшнем вечере. И потом больше никогда о нём не вспоминать.
Сердито поглядывая друг на друга, Нил и София вышли вместе, их горячие спутники
держались рядом. Райан нёс Мими к холмоподъёмнику, обещая вернуться за своими
вещами на следующий день.
– Нужно доставить её домой, прежде чем её стошнит, – сказал он, качая головой. – Больше
никаких коктейлей.
Пока они ехали в гору, можно было расслышать доносящиеся до нас обрывки ругани Нила
и Софии, непрерывно спорящих всю дорогу к машинам.
Мы вошли обратно в дом, взглянув на доску для рисования. Которая теперь была
украшена фаллическими образами, сувенирами от Верзилы Зака.
– Я люблю наших друзей, но… – начал Саймон.
– Какого чёрта они наши друзья? – закончила я, и он кивнул.
Печально посмеиваясь, Саймон повернулся к рисунку, которым закончилась игра.
– Синица в руках. Как это мы не догадались?
– Потому что она нарисовала самолёт с губкой, вместо кабины пилота, – я вздохнула. –
Пойдём в кровать?
– О да, – ответил Саймон. Когда мы поднялись в спальню, он помог мне расстегнуть
платье. – Она всё ещё любит его, ведь так?
– Конечно, любит, – ответила я. Моё платье упало на пол, и я забралась в постель в
нижнем белье. У меня закрывались глаза, но это не помешало мне понаблюдать, как
разделся Саймон.
– Ты включил будильник? – спросила я.
– Завтра воскресенье. Зачем нам будильник? – ответил он, снимая покрывало со своей
части кровати.
29 прим. – самое крупное и старое шоу в мире в истории реслинга
– Я должна поработать несколько часов утром. Мы встречаемся с Моникой в кафе ниже по
улице.
– Малыш, – он покачал головой, прежде чем выключить свет. После того, как завёл
будильник. – Ты слишком много работаешь.
– Дела-дела! Если я поработаю завтра, то у меня будет больше свободного времени по
вечерам на неделе. Всё нормально. Ты будешь спать, а к тому времени, как проснёшься, я
уже буду дома. Мы сможем покататься.
– Я не об этом. Просто мне кажется, что ты работаешь чересчур много, тебе нужно слегка
притормозить, – пробормотал Саймон, притягивая меня ближе к себе.
– Всё нормализуется после праздников, вот увидишь. К тому же, я сейчас главная, и у
меня, вроде как, нет другого выбора, – напомнила я ему.
– Знаю, просто... Я понимаю, – сказал он, целуя меня в макушку.
В ответ я оставила поцелуй на его груди.
– Всё обязательно придёт в норму, клянусь Губкой Бобом Птичьи Руки.
Через секунду кровать сотряслась от смеха. А уже через несколько минут тряслась по
другой причине.
Эх, сон явно переоценивают. Оседлать Долбёжника – вот что бесценно.
• • •
Неделя перед Днём Благодарения началась нормально. На следующее утро после вечера
игр я оставила спящего Саймона в постели, пока сама отправилась поработать несколько
часов. Затем вернулась домой, и мы с Саймоном ели голые слойки прямо в постели. Или
правильнее сказать, голые ели слойки в постели с Саймоном? Как бы то ни было, это был
лучший момент за всю неделю.
Поскольку у Саймона не было семьи, с которой можно праздновать, он всегда отправлялся
работать на День Благодарения и Рождество. Я надеялась, что в этом году он примет
предложение от моей семьи провести День Благодарения вместе, но Саймон оказался не
совсем готов к этому.
Он встречался с моей роднёй несколько раз, и, уму непостижимо, но я никогда не видела
Саймона таким нервным, каким он был на первой встрече. Знакомство с родителями –
важный шаг в любых отношениях, но Саймон никогда ни с кем не встречался достаточно
долго, так что у него не было подобного опыта. Правда, он полностью расположил их к
себе. Он искусно флиртовал с моей мамой, покорил отца историями о гонках Формулы-1,
на которых Саймон бывал в течение многих лет, и теперь он с нетерпением ждал