– Не спорю. Но и ты был разгорячённым и готовым, насколько мне помнится, – я закатила
глаза. И крутанула бёдрами. Что явно не осталось незамеченным. – До тех пор пока не
остановил мои знаки внимания.
– Ты даже не представляешь, как это было трудно.
– О, зато я знаю, каким твёрдым ты был, – рассмеялась я, почувствовав его окрепшую
плоть. Я обернулась, прижавшись спиной к его груди, и посмотрела через бухту. Городские
огни искрились в воде. С этой точки зрения я могла видеть и город, и его освещение,
отражающееся в волнах. Здесь было так спокойно, и я буду очень скучать по этому, когда
мы снова вернёмся жить в город.
Эти мысли заставили меня слегка напрячься, но я отбросила их. Затем глубоко вдохнула,
ощущая запах лавра и сосны, а также солёного морского воздуха, который всегда был
немного на заднем плане. Саймон отодвинул волосы с моих плеч, оставляя там след из
тёплых влажных поцелуев. Страсть была прекрасна, но вот эти мягкие и нежные
неторопливые прикосновения?
Они были просто великолепны.
– Так хорошо, – вздохнула я, поближе прислонившись спиной к нему.
– Согласен, – пробормотал Саймон напротив моей кожи, его руки тихонько поглаживали
мой живот.
– Я говорю о жизни здесь, в Саусалито, – посмеялась я, дрожа от прикосновений, пока его
поцелуи перешли к моей шее.
– Я понял, о чём ты говоришь, и я согласен, – ответил он, покусывая мочку уха. – Мне
сложно было представить, что я полюблю такую жизнь, но мне очень нравится здесь.
Очень уютно.
Я завизжала, от его прикосновений всё тело покрылось гусиной кожей.
– Что именно ты считаешь уютным? – хихикнула я.
– Тише, я пытаюсь соблазнить тебя, – приказал Саймон, поднимая мою руку и целуя её по
всей длине, как злодеи в ретро мультфильмах. – Ты скоро совсем растаешь в моих руках.
Тогда я смогу склонить тебя к развратным штучкам.
– В таком случае, продолжай, – я возобновила свои круговые движения бёдрами.
– Ничего себе, как ты легко сдаёшься.
– Ты только сейчас это понял? – со смехом произнесла я, мои движения стали активнее,
отчего вокруг поднялись брызги.
В ответ Саймон окунул меня под воду. Я всплыла, отплёвываясь и брызгаясь. Пока я
ворчала и вытирала лицо, он дёрнул за завязки моего бикини.
Я взглянула на Саймона в притворном удивлении.
– Посмотри, что ты наделал.
– Смотрю, – а затем он стал трогать. И потом много ещё чего делать для меня. Это были
распутные, облизывающие, посасывающие, кусающие и толкающиеся проявления любви.
И как же мне было хорошо.
Глава шестнадцатая
Я продолжила наслаждаться свободным временем и в воскресенье – мне отчаянно нужен
был выходной день. Можно было съездить в отель ««Клермонт»», чтобы одобрить
итоговый вариант штор и расположение карниза. Также нужно было самолично осмотреть
мраморную плитку в ванных комнатах, потому что по моему замыслу она должна быть
расположено вертикально. Я должна была утвердить, из какого именно куска
термообработанной древесины изготавливать табличку над лестничной площадкой, для
которой сейчас как раз продумывали дизайн. Мне следовало… я обязана была… В общем,
мне необходимо было отдохнуть от всего этого хоть немного. Что я и сделала.
Я выспалась, позавтракала яичницей сидя за столом вместо того, чтобы на ходу
проглотить тост, и затем отправилась на послеобеденную прогулку с Саймоном. У нас не
было никакого конечного пункта. Мы просто гуляли. Только я и он.
Мы прошлись вниз по главной дороге, остановились, чтобы купить кофе, а затем свернули
на неприметную тропинку через старинные ворота в парк и стали подниматься на холм.
Мы болтали во время прогулки, держась за руки. Саймон рассказывал мне о недавнем
телефонном разговоре с Тревором. Они теперь были всегда на связи после встречи
выпускников, а его жена действительно прислала мне поваренную книгу с автографом
самой Айна Гартен.
Она прикасалась к ней. Айна Гартен дотрагивалась до книги, которая сейчас лежит на
моей прикроватной тумбочке. Мне было интересно, прикасался ли к книге и её муж
Джеффри. Возможно, в тот день, когда она подписывала бесконечное число поваренных
книг, муж заглянул к ней в офис. Может быть, они болтали про розмарин и рулетики из
лобстеров (вы только представьте себе!), Джеффри похлопал Ину по руке, уставшей от
неоднократного написания имени. И вдруг их руки на короткий момент обе задержались