на поваренной книге, которая стала моей! Это ведь вполне могло произойти.
Мы с Саймоном притормозили на углу улицы, но я не совсем понимала, где именно. Тут и
там виднелся Тихий океан, но этого было не достаточно, чтобы сориентироваться.
– Где наш дом? – спросила я, оглядываясь назад. Не было хоть каких-то намёков на то, как
нам вернуться.
– Мы в нескольких кварталах от него. Думаю, что я свернул налево, хотя нам нужно было
направо. Не страшно, вряд ли мы забрели слишком далеко, – сказал Саймон, глядя по
сторонам. – Полагаю, нам сюда, – решил он. Мы пошли в выбранном направлении, и тут
зазвонил мой телефон. Я полезла в карман и выключила его.
– Не думаю, что видел подобное в последние несколько недель, – прокомментировал мой
поступок Саймон, и я печально улыбнулась.
– В понедельник я определённо почувствую весь груз вины от своего решения, но сегодня
я просто не могу думать ни о чём, связанном с работой. Моя голова буквально готова
лопнуть.
Саймон понимающе кивнул, крепче сжимая мою руку.
– Давай подумаем, что мы хотим сегодня на ужин – я определённо настроена приготовить
что-то самостоятельно. Как насчёт того, чтобы зайти на фермерский рынок, который ты
так облюбовал, и посмотреть, сможем ли мы найти там…
И пока я продолжала идти вперёд, Саймон вдруг остановился как вкопанный. Я потянула
его за руку.
– Эй. Ну ты чего, тормоз! Саймон, идём, – я щёлкнула пальцами у него перед лицом,
чтобы привлечь внимание. Он в это время смотрел на дом в конце улицы, частично
скрытый деревьями и целыми джунглями сорняков.
– Детка, посмотри на это.
– На что смотреть – на эту лачугу? Ну, дом выглядит очень заброшенным. Давай лучше
вернёмся к нашему разговору. Фермерский рынок, ужин – припоминаешь? – ответила я,
снова потянув Саймона вперёд. Но он оставался неподвижен и всё смотрел на
полуразрушенный дом.
– Нет, ты вглядись в этот дом. Разве тебе не любопытно?
– «Любопытно» – это явно не то слово, которое я бы использовала… – но он не дал мне
закончить мысль и потянул меня по направлению к дому. Во дворе которого стояла
табличка «На продажу».
Э-э… что?
– Ты ведь шутишь? – спросила я, волочась за Саймоном, пока он вёл меня по дорожке ко
входу. Мы подошли ближе, и я увидела, что, вероятно, когда-то это был очень хороший
дом. В викторианском стиле, но не вычурный. Облупившаяся краска придавала ему
печальный вид, но постройка сохранила чёткие линии и имела порядочный размер. Я
оглянулась на соседние дома этой улицы – все они выглядели превосходно, за ними явно
ухаживали. Почему же этот дом так забросили?
– Симпатичный, согласны? – обратился к нам голос, и мы обернулись. На соседнем
участке пожилая женщина смотрела на нас поверх газеты с крыльца своего дома.
– Э-э, вполне, – неуверенно ответила я, улыбаясь ей.
– Ну, по крайней мере, раньше он был симпатичным. Хотите увидеть изнутри? – спросила
она.
– О, нет, мы не… – начала я, но Саймон меня прервал.
– Да, мы с удовольствием, – сказал он.
– Милый, что ты делаешь? – прошептала я сквозь зубы, пока женщина доставала набор
ключей из кармана, после чего бросила их нам. Саймон поймал ключи налету и
поблагодарил.
– Никаких проблем, – ответила женщина. – Риэлтор показывал этот дом возможным
покупателям лишь пару раз, но у меня до сих пор сохранился набор ключей. Миссис
Шрусбери – она предыдущий владелец – переехала жить к дочери в Сакраменто. За
последние несколько лет дом поизносился, но у него по-прежнему есть хороший
потенциал, – сказала она и вернулась к своей газете.
«Хороший потенциал»? Я мысленно фыркнула. Кто-то явно пересмотрел передач про
ремонт…
– Ты совсем с ума сошёл? – тихо спросила я у Саймона, пока мы подходили к двери.
Уклоняясь от зарослей травы и прутьев, мы ступили на крыльцо.
– Даже и не знаю. Просто хочу увидеть дом изнутри. А тебе разве не интересно? – спросил
он, и его глаза загорелись, но я не могла определить причину.
– Уверен? – пока Саймон возился с замком, я огляделась, отмечая апельсиновые деревья,
стебли жимолости, кусты роз. Эта миссис Шрусбери явно была садоводом. Сквозь
строительный мусор можно было увидеть белую вагонку и выцветшие ставни,
прилегающие к огромному панорамному окну. Перед нами был традиционный
двухэтажный дом с изогнутым крыльцом вдали от улицы, продолжающимся вплоть до