Припев: И все с сединой в его бороду,
Бес в его ребро.
С сединой в его бороду,
Бес в его ребро.
Поэт любил жизнь, и сам ею был.
Верил в судьбу, по течению плыл.
А время все шло, и тело все жгло,
И счастье его к другому ушло.
Но есть еще силы, пока бодр дух,
И даже огонь в груди не утух.
Но бог отвернулся, испытание дал,
Чтоб место свое он в жизни познал.
Все клятвы навечно, нельзя их забыть.
Кровью не смыть, в воде утопить.
Расплата придет, непременно найдет
И мимо она никогда не пройдет.
Но есть еще время, любовь подарить.
Синеглазую деву к себе приручить.
Поэт не сдается, испытанье пройдет,
И счастье с богиней навек обретет.
Я устал. Сегодня был насыщенный день. А в моем состояние нужно было беречь силы. Я потянулся, взял с кресла плед и брякнувшись на диван, остался спать в кабинете, спальня была теперь слишком большая для меня одного.
Я глубоко вздохнул, и схватившись за сердце сел на полу. Впервые за много лет оно бешено колотилось. Моя кожа розовела, а кровь перестала сочиться. Я размотал бинт и прибывая в ступоре долго рассматривал руку, рана затянулась – фантастика какая то. Я умылся холодной водой, чтобы убедиться, что не сплю. Как приятно чувствовать себя живым. Я улыбнулся себе в зеркало, и осмотрел явные изменения в своей внешности. Не было мешков и синяков под глазами, даже в цело бодро выглядел. Я засмеялся и похлопал себя по щекам. Так замечательно я себя не чувствовал очень давно, поэтому ни как не мог в это поверить.
Значит, Саша меня вспомнила, и слова риши в очередной раз подтвердились. Какая красивая она стала. Длинные, светлые волосы, большие синие глаза, маленькое личико с острым подбородком, тонкие чувственные губы. Вся она казалась маленькой и хрупкой. Саша больше походила на героиню аниме, что любит смотреть мой сын. Только она живое, идеально творение, которое мне когда-либо приходилось видеть.
И вроде все хорошо складывается, и можно начинать действовать, но ее последняя запись меня озадачила, надеюсь все это не всерьез, иначе это может усугубить ситуацию. Нельзя было больше мешкать, ведь по словам санньясина, если мы не воссоединимся то трагедии не избежать. В рабочем столе я отыскал свою старую, записную книжку, нашел нужный номер, и позвонил своему другу Паше. Когда то давно он работал в милиции, потом охранял меня от назойливых поклонниц и недоброжелателей. Он никогда не был для меня тупой рабочей силой, Паша был и есть для меня друг. Я ему доверял не только свою жизнь и жизни своих близких, но и делился с ним сокровенным, о чем посторонним людям знать не положено. Теперь у Паши свое собственное, порядочное охранное предприятие, услугами которого пользуются не только звезды шоу бизнеса. Я знал, что у него есть связи, и он может достать любую информацию, и сейчас надеялся, что друг не откажет мне в помощи.
- Привет Паш! Сильно беспокою? – спросил я, так как время было позднее.
- Привет! Ты же знаешь, я так рано не ложусь. – шутил друг.
- Что-то случилось? Человечек надежный нужен, или помощь по серьезнее требуется? – завалил вопросами Паша.
- Случилось… Человека одного найти надо. Вопрос жизни и смерти, так сказать. – поделился я.
- Ну, брат, чем смогу помогу. Кого ищем то? – уточнил друг.
- Девушку. Павлова Александра приблизительно двадцать пять, двадцать шесть лет. Предположительно живет в Москве, но не уверен. Глаза синие волосы светлые.
- Маловато информации конечно, ну да ладно. Наберу как что будет известно. – пообещал Паша.
- Спасибо!
- Да пока еще не за что. Ты это, там не расклеивайся. Я слышал про вас с Диной.
- Все в порядке, друг. Ты же знаешь, что от семьи у нас осталось одно название, и я сам тому виной.
- Ну да, как муж ты конечно полное дерьмо, но вот друг ты хороший. – подколол Паша, и за смеялся в трубку.
И я посмеялся вместе с ним от души, ведь на правду не обижаются, а на друзей тем более.