– Я пока не хочу. Хватило мне химчистки. Родители обещали помочь…
– Смотри, вон он.
Я скашиваю глаза. Он с каким-то парнем идет в нашу сторону, но останавливаются у кондитерского магазина. Одет он в черный костюм, а на плечи наброшен белых медицинский халат. Снова в очках. Что у него с глазами? Он плохо видит? Меня он даже не замечает и заходит в магазин. Перевожу глаза на Эмили.
– Он красивый.
– Чмо он. Даже не хочу о нем говорить.
– Но тебе он интересен, я вижу по глазам и по тому, как ты за ним наблюдала.
Я рычу. Нет, это неправда.
– Ты думаешь, я способна простить ему ложь и то, как он с дружками прошелся по моим нервам? Все они с Декарта козлы.
– А ведь они также и о нас думают.
– Черт с ними. Я не хочу больше их обсуждать.
Я делаю глоток кофе и вижу, как он выходит из кондитерской. Он бросает взгляд в мою сторону. Я демонстративно поворачиваюсь к нему спиной и делаю вид, что общаюсь с подругой.
– Он свалил?
– Еще смотрит, – хихикает Эмили.
– А сейчас?
– Его отвлек его друг. Уходят.
Я расслабляюсь и откидываюсь на спинку стула.
– Почему бы тебе не преобразить свою внешность?
– В каком смысле?
– Изменить стиль? Эти джинсы, рубашки, тебе самой не надоело?
Я усмехаюсь и задумчиво гляжу на девушку в платье. А ведь в детстве я не знала что такое штанишки, джинсики. Мама постоянно одевала меня как куклу. Платья, белые колготки, лаковые туфельки, хвостики с бантиками. На прогулку я выходила как на праздник. Таким необычным способом мама прививала мне чистоплотность. Вот, дескать, ты такая чистенькая в белых колготках, носи, не рви и не пачкай иначе тата по попе. Я возненавидела платья к пятнадцати годам, а теперь чувствую, что вкусы меняются, хочется выглядеть лучше, быть женщиной, слабой и желанной. Эти пацанские замашки, конский хвост, сумка через плечо, позорище. Конечно, как на меня обратит внимание НОРМАЛЬНЫЙ парень, когда я сама ненормальная. Эмили права, нужно менять стиль, быть лучшей версией себя. Но на новые наряды, нужны деньги. Мы решаем с Эмили начать с малого. Волосы. После учебы мы заходим в парикмахерскую и обе садимся в кресла.
– Как стричься будем?
– Как можно короче.
– Нет, – вставляет слово Эмили. – Сделайте ей челку и каре с удлиненными прядями.
– Челку? Ненавижу челку, ее нужно начесывать, каждый месяц подстригать.
– Не ворчи. Делайте, как я говорю, она не понимает.
– Тогда может и покраситься?
– Не советую, – качает головой парикмахер. – У вас тонкие, хрупкие волосы, краска повредит еще сильнее. У вас красивый золотисто-коричневый цвет волос.
Я киваю, она права. Волосы сыплются как с кошки, скоро совсем ничего на голове не останется. Облысею, и тогда только татуировки на голове рисовать. За двадцать минут парикмахер справилась с моими волосами и я заметила, что эта стрижка и челка изменила мое лицо. Я снова похожа на куклу с огромными глазами.
– Смотри, как здорово. Тебе идет, – Эмили обрезали волосы по плечи и сделали косую челку. Я смеюсь.
– Вам бы хороший шампунь и маски для волос. Вам витамин не хватает, – говорит мне парикмахер.
– Ага, витамин тебе точно не хватает.
– На что ты намекаешь?
Эмили подмигивает. Мы расплачиваемся и выходим на улицу.
– Тебе еще нужен маникюр, платье, сумка и украшения.
– Не слишком ли много на первый раз? Меняться нужно постепенно.
– Тогда не будет того резонанса.
Мы хохочем и идем к остановке. На нас оглядываются прохожие и мы смеемся еще громче. Эмили права, если я начала меняться, то стоит это сделать быстро, пока я не передумала. Завтра куплю платье и новую сумку.
Глава 9
В новом образе я заставляю удивляться всех, кто меня знает в университете. Никто не ожидал от меня такого. В голубом платье-туники, чуть выше колен на каблуках, я захожу в полупустой класс и поражаю как Эмили, так и всех остальных девочек.
– Кто это?
– Я ее не узнаю.
– Это случаем не Софи?
Я смеюсь и развожу руками.
– Конечно, это я, – улыбаюсь и прохожу к столу.
– Софи что с тобой случилось?
– Я замуж вышла за миллионера, – отвечаю на полном серьезе. Глаза девушек округляются, только Эмили хохочет до слез. Вот же она хохотушка.
– Правда?
– Да она гонит.
– Да бросьте, буду я растрачивать свою неземную красоту на смертных мужичков.
– Это как вашу мать, мне вас понимать? – в класс заходит хирург-гинеколог. Я оглядываюсь на парня, он таращит на меня голубые глаза. – Тебя прямо не узнать.