– Роуз позови Альберта
–Хорошо – Роуз выбежала из кухни и подошла к книжной полке…
– Анна. Ты не видела Альберта?
– Альберт? кажется на верху. Мне его позвать?
– Если не сложно?
– Да, конечно
Девушка встала со стола и с улыбкой приблизилась к бабушке, снова подняла ее плед до шеи и прикрыла Хендри и Эрена, которые заснули на диване опираясь друг на друга, затем побежала по лестнице на верх. Огромные лестницы грохотали шумом, говоря – как стар этот дом. Остановившись рядом с открытым дверью туалета, увидела – как поет его дядя Рудеус – муж Каи. Он пел, он не плохо очень даже, есть хорошие задатки для певца. Когда их взгляды встретились им было смешно и не ловко одновременно…
– эм, это «I can not kill that love» Мы пели это за ночь перед каждым выходом на… на миссию и…
– Дядя Руди, я поняла. Классно поешь
– Спасибо – неловко выпалил Рудеус.
Пройдя еще одну закрытую дверь, она подошла к последний приоткрытой двери. Потянула руку чтобы постучать…
– ты можешь войти Анна.
– Почему?
– Что почему?
– Ты провел в этом доме столько лет в дали от всех нас, но все ровно запер себя тут. Хотя мог бы сидеть и внизу, делать то что ты делаешь, а что ты делаешь?
– Вяжу носочки для себя. Одежда сейчас нужнее. А материалы я взял у бабушки в запасах. В подвале много вещей, очень много.
– Тебя бабушка научила? – спросила Анна садясь
– да, но нет. Это вообще-то довольно весело, это успокаивает и вдохновляет
– вдохновляет?
– Да, вдохновляет. Почему-то мне кажется, что делаю не просто глупые вещи и так далее, а что-то красивое и важное. Пару лет назад я сильно поранился пока был в городе и помогал солдатам. Меня долго лихорадило, я не вставал с кровати. Выйти из дома я смог только через два месяца и вообще делал это редко. Однажды дочитывая уже сотую книгу, бабушка позвала меня и просто смотрела улыбалась. Посмотрев на ее руки, скрещенные над ее коленом я заметил, что она что там очень много чего – варежки, носки, шапки и так далее. Она сказала – Что мне все по размеру и начала по одному давать их мен в руки. Она даже не помнить мое имя или то, но все ровно заботится ведь знает точно, что я ее родной человек, для нее это важно. Хотя мы и не родня. После этого я начал за ней наблюдать и учиться. Носки на мне я связал себе сам, да они разноцветные, но главные свои функций он выполняет так что…
– круто. Эту шапку тоже ты сделал?
– Да, это подарок для Саран. Я впервые дарю человеку свою рукодельную работу. Хочу, чтобы это была именно она.
– Я рада что ты разжился тут! Хотя в последний раз ты мне казался совсем ребенком.
– Я изменился, все изменились, немножко. Ты теперь больше похожа на маму.
– не говори так – они оба посмеялись, она вдохнула много воздуха и оглянула комнату еще раз. – кстати я здесь потому что мама зовет тебя. У нее для тебя кое какое дело. Кажется, она хочет тебя послать за чем-то.
Поднявшись из кровати, они вышли из комнаты и пошли по коридору. Подойдя к ванной комнате, они снова услышали, как дядя Руди поет песню, уже другую…
– Кажется это «Do you Remember» – сказал Альберт прижимаясь к закрытой двери.
– а мне кажется «I will remember», хотя я в них не разбираюсь, сильно…
– Случай, а ты вправду больше никого из наших не видела, не дядю, не тётю или родителей?
– Нет – монотонно сказала Анна – после смерти бабушки, я осталась с тётей Мирандой, но в самый последний день, она ушла в город и не вернулась. Когда все закончилось я искала её 4 дня по всему «Риверу». Обыскала все места где может быть человек, мне помогали найти и остальных родных, которые могли бы быть живыми, но безрезультатно. Через неделю мне сказали, что они нашли дядю Руди и я решила сесть на последний поезд в Кальсон теперь я тут, мы вместе. Они о тебе заботились, да? Я про мистера и миссис Кавели.
– Да, они очень классные, заботились обо мне и о дяде Руди, когда мы получили травмы.
Спустившись со скрипучей лестницы, они заметили, как Хендри и Эрен спали упав друг на друга, рядом с бабушкой на кресле качалке, стоящий рядом с камином и как остальные дети уже выходили на задний двор через кухню. Анна последовала за ними, Альберт остался, смотрев на остальных ребят, которые качаются на качели, кидают бейсбольными мячами и продолжали говорить о книгах сидя на скамьях рядом с каменным забором. Ему все еще не нравится выходит на улицу, но сегодня он нашел в себе желание выйти со всеми остальными. Смотря на чистое поле он все время видит солдат и шрамы на земле увидевших во время военных действий в городе, но все же видя обычных людей, которые радуются обычному вечеру, в своем заднем дворе и теперь…