— Караванщики, наверное, тоже не верили, что им может что-то угрожать. Сотня бравых кирасир в охране, земли дварфийские кругом. А потом из кустов выскочили степняки — и не стало ни воинов, ни караванщиков, — спокойно ответила эльфийка.
В ответ на такую отповедь мужчина только покраснел и отвернулся. Несколько суетливых дней в городе заставили его забыть, что в этом мире потерять жизнь и свободу гораздо проще, чем в XXI веке. Да и сама атмосфера провинциального городка расслабляла, усыпляя чувство опасности и размывая в голове образы орков в доспехах с нецензурным названием. Так что Святослав проглотил издевки, вертевшиеся на языке, и уткнулся в принесённую чашку с чаем. А потом также безропотно прошествовал к экипажу, который оказался вполне удобной каретой на рессорах, запряжённой парой кобыл. По счастью, со всеми четырьмя ногами…
Возле кареты их уже дожидалась телохранители — парочка бородатых дварфов, обычно занятая по хозяйству. Один носил странное и загадочное имя «Пахом», в то время как второй откликался на обычное «Рик'Тарк», или попросту «Рик». Если быть точным, оба были дварфами на какую-то там часть, хоть внешне этого и не скажешь. Так уж распорядилась природа, но у семейных пар дварф-человек, все мальчишки обычно рождались дварфами. С девочками возможны варианты, как по росту, так и по остальным наследственным признакам, но парни — исключительно невысокие широкоплечие мужички. Именно это и являлось основной причиной прохладных отношений подгорных карлов с человеческой расой — в своё время огромное количество неженатых рудокопов покинуло подземные чертоги ради красавиц из другого мира. После того, как несколько кланов попросту исчезли, старейшины остальных были вынуждены ввести суровые законы по отношению к беглецам, как действительным, так и потенциальным. Положения это не спасло, зато отношения с соседями изрядно попортились…
Услужливо распахнув дверцу, Пахом пропустил перед собой археолога со служанкой, после чего присоединился к ним, усевшись на сиденье напротив. Тем временем Рик влез на облучок к вознице, роль которого досталась старшему по конюшням — полуорку Ральфу. Крайне нелюдимый по своему характеру мужик обожал возиться с четвероногими подопечными, а потому сейчас был крайне недоволен тем фактом, что его оторвали от любимого занятия. Его недовольная рожа была настолько мрачной, что своим видом полуорк мог в одиночку разогнать весь потенциальный криминалитет, что рискнул бы покуситься на пассажиров.
Поездка до банка заняла гораздо меньше времени, чем подготовка к ней. Болотников не успел обдумать и половину возможных способов отомстить чересчур деятельной прислуге, с каждым днём всё больше напоминавшую ему не то заботливую мамашу, не то суровую жену, как экипаж уже замедлил ход возле «Филиала Первого Императорского Банка № 87». Филиал занимал аккуратное трёхэтажное здание, покрашенное штукатуркой нежно-голубого цвета. Каждое из больших окон забрано крепкой узорчатой решёткой, сквозь прутья которой протиснется разе что голубь.
Выбравшись из кареты, Святослав и его свита поднялись на крыльцо, подпираемое четырьмя колонами, прошли через массивные дубовые двери и оказались в приёмном зале. Внутри банк впечатлял такой же неброской роскошью, что и магазинчик пожилого ювелира, словно дизайном помещения занимался один и тот же специалист. Стоило только посмотреть на мраморный пол, уставленный кадками с какой-то буйной зеленью, белоснежный потолок с обязательной лепниной, многочисленные деревянные панели (не юнанская сосна, но тоже что-то недешёвое), мордоворотов-охранников, как сразу становилось понятно — денег в данное заведение вбухано немало.
Пока Святослав изучал всё это великолепие, замерев возле дверей, к нему подошёл молодой человек в коричневом форменном костюме и эмблемой банка на левом нагрудном кармане.
— Доброго дня. Вы что-то хотели?
— Хотел, — кивнул Свят. — Открыть счёт, обналичить вексель и воспользоваться вашей услугой моментального доступа к счёту.
Профессионально-вежливая улыбка служащего моментально сменилась на услужливо-подобострастную. Ещё бы! Услуга, которую настоятельно рекомендовал старенький еврей, имела огромную популярность среди путешествующих людей с достатком выше среднего. Причём после всех объяснений, Болотников готов был поклясться, что содрали её с кредитных карт его времени. Суть её была проста: на небольшую металлическую пластину прикрепляли полудрагоценный камень величиной с подушечку большого пальца. Затем на ней гравировались имя и фамилия владельца, а также номер его счёта. Камень же использовался для небольшого ритуала, во время которого, с помощью капельки крови, артефакт привязывался к человеку.